Ловец снов

Если только…

Если только оно не выросло так, что не могло больше уместиться там, где зародилось. И осталось без пищи.

– Ты тут?

Пит подумал, что эти крики выставят его дураком в собственных глазах, но этого не случилось. Он не ощущал ничего, кроме гнетущего страха.

Он вдруг осознал, что плесень тянется тонкой прерывистой дорожкой от Бекки – да, именно Бекки, Бекки, так ее звали, Бекки – и загибается за угол жестяной стенки. Мгновение спустя он услышал противный скребущий звук, словно кто-то чешуйчатый полз по крыше. Пит вытянул шею, пытаясь разглядеть источник звука.

– Убирайся, – прошептал он. – Убирайся и оставь меня в покое. Я… я… устал.

В ответ послышался шорох, словно тварь проползла вверх еще немного. Да, он совсем разбит. Но, к несчастью, еще и представлял собой лакомый кусочек. Тварь снова зашевелилась. Вряд ли она станет ждать долго, а скорее всего просто не может ждать: это все равно что засунуть геккона в холодильник. Сейчас она свалится на него. И только теперь Пит осознал самое ужасное: он так зациклился на пиве, что совсем забыл о чертовых ружьях.

Первым порывом было забиться поглубже в хижину, но, наверное, это было бы ошибкой, все равно что бежать в глухой тупик.

Вместо этого Пит схватил высунувшийся из огня конец ветки, которую только что успел туда бросить. Другой конец жарко пылал. Он пока не стал ее вынимать, только некрепко сжал.

– Попробуй подойди! – крикнул он жестяной крыше. – Любишь погорячее? У меня для тебя кое-что приготовлено. Давай попробуй! Ням-ням.

Ничего. На крыше тишина. Только мягкое «плюх» снежного сугробика, свалившегося с ближайшей сосны: это нижние ветви избавлялись от бремени. Пит стиснул импровизированный факел, наполовину вытащил из огня и снова крикнул:

– Ну же, сволочь, давай! Я вкусный, я горячий и жду тебя!

Ничего.

Но тварь там и не будет медлить, он знал. Скоро она придет.

3"

"Время тянулось. Долго он сидел тут? Пит не знал: часы остановились совсем. Иногда его мысли вроде бы обострялись, как в те годы, когда они дружили с Даддитсом, хотя, честно сказать, по мере того как они взрослели, а Даддитс оставался прежним, такое случалось реже, словно их меняющиеся тела и мозги теряли способность воспринимать странные сигналы Даддитса.

Вот и сейчас, кажется, все было, как прежде, но не совсем. Возможно, появилось что-то новое. Скорее всего имевшее некое отношение к огням в небе. Пит сознавал, что Бивер мертв, и, похоже, что-то ужасное случилось с Джоунси, но он не знал что.

Но что бы ни случилось, Пит считал, что Генри тоже знает все, хоть и не до конца. Генри сидел глубоко в голове у Пита, и мысли его легко читались: Бенберри-кросс, Бенберри-кросс, бом-бом, на палочке верхом…

Ветка догорела почти до самой руки Пита.