Мертвый сезон в раю

Но сейчас, у моря, откуда дул прохладный ветер, освежающий кожу и продувающий одежду насквозь, чужое прикосновение не вызывало какого-либо дискомфорта. Плюс в какой-то мере так было даже удобнее: не потеряются в темноте.

Элинор только надеялась, что после дня на солнцепеке от нее не разило потом. От него — не разило. Даже наоборот, приятно пахло какими-то травами. Тонизирующими чаями, что ли, балуется? Хотя нет, судя по тому, что они за сегодняшний день друг друга еще не придушили, то скорее уж успокоительными.

При этой мысли она усмехнулась и тут же была поймана с поличным.

— Что тебя развеселило? — спросил Тэйт.

— Бурное воображение, — загадочно откликнулась она, и не подумав делиться плодами своей фантазии. Зато поспешила переменить тему, а заодно и потянуть время: — Как, кстати, прошло ваше свидание с Инессой?

Ей показалось, или его ладонь на ее руке напряглась?

— Превосходно, — ответит он сквозь зубы.

Она даже споткнулась от неожиданности, но Тэйт галантно ее поддержал. Ну вот, может же вести себя как человек, когда хочет.

— Серьезно? — удивилась Эль, не став заострять внимание на том, что он стал держать ее чуточку крепче, явно ожидая новой попытки увязнуть в песке.

Зря, теперь Элинор шагала аккуратнее. — Инни, когда собиралась к тебе, сказала мне большое спасибо и чуть не расцеловала меня за помощь. Она выглядела такой счастливой… — Элинор прервалась, поняв, что ее слова сопровождаются лишь плеском волн, а со стороны спутника — гробовым молчанием. — Все так плохо, да? — уточнила, поморщившись.

— Угу, — прилетело в ответ.

И в это короткое мрачное «угу» было вложено так много, что дальнейшие вопросы о том, как прошло их вынужденное свидание, были бы бессмысленны.

Поэтому Эль прикусила язык и затолкала свое неуместное любопытство поглубже. Не ее дело, действительно.

— Она хоть от тебя отстала? — неожиданно спросил Тэйт, замедляя шаг.

До неспокойной из-за ветра темной воды оставалось всего ничего."

"— В каком смысле? — не поняла Элинор.

Она не видела его лица, но даже не сомневалась, что посмотрел он на нее в этот момент как на идиотку. Во всяком случае, голос прозвучал именно так:

— В прямом, Сардинес, в прямом. Лоуфорд унялась со своим шантажом? В следующий раз не потребует от тебя нас обвенчать и обвязать свадебными лентами?

Эль сдавленно прыснула, представив себя в образе полулысого жреца, совершающего священный обряд.

Кто его знает, почему именно лысого, но получилось смешно.

— Нет уж, — поспешила отказаться от такой для себя роли. — Со свадьбой вы уж как-нибудь сами.

— Не дай боги, — кажется, искренне ужаснулся Тэйт.

Он вдруг резко остановился и убрал кисть с ее локтя. Под пронизывающим ночным ветром без его теплой ладони стало неуютно и даже холодно.