Моя любимая рыжая ведьма
Свежий воздух, лес, озеро, трели птиц и шелест ветра! Что может быть прекраснее? Все что угодно, если ты городская ведьма…Малика лу Сионе сирота, выросшая в городских стенах. Днем она учится в Академии Магии и Ведьмовства, ночью — работает разносчицей в таверне. Но вот учебный год завершен, экзамены сданы. Настало время каникул и девушек ждет увлекательное путешествие за город. И все было бы прекрасно, если бы декан не решил изменить место прохождения летней практики по Травоведению. Девушки-травницы отправятся не в милую деревеньку, как они предполагали, а … в дебри дальние к лешему на рога.И вот тут на голову бедной городской ведьмочки свалились все прелести походной жизни: отсутствие элементарных бытовых удобств, наличие пауков, жаб и умертвий, а также одного слишком деятельного ведуна, которому вдруг приспичило жениться. И не на какой-то там несчастной, а на бедной Малике.Итак…Неделя практики началась!
Мысленно выругавшись, я протянула руку и взяла влажную материю. Принюхалась, и правда запаха тины нет. Приспустив лямочки ночной сорочки, принялась протирать кожу. В таких ужасных бытовых условиях я оказалась впервые. Как прожить еще пять дней, я не представляла.
Закончив с утренним обтиранием, я зарылась в свою сумку с головой.
— Вот скажи, Рояна, зачем ты собрала мне кучу шикарных платьев. Я их куда тут надевать должна? — я выдернула красивое легкое оранжевого цвета платье, отделанное красным кантом по лифу и подолу, и потрясла им в воздухе. — Вот что мне лесную живность в этом покорять?
Вредная темная ведьмочка хитро улыбнулась и невинно пожала худенькими плечиками.
— Ну, а почему бы и нет, — отмахнулась она от моих претензий. — Это платье легкое, воздушное, яркое, в отличие от твоих шерстяных мешков. Вот чего ему в твоем гардеробе пылиться? А оно уже без дела год висит. Вот и надевай его, убьешь в походе, так и не жалко.
Развернув перед собой платьице, я прикусила губу. Жалко, конечно, роскошь такая, но представив, как сейчас, нарядятся наши одногруппницы, вдруг осознала, что быть лахудрой не хочу.
Так что, глянув на платье, я махнула рукой. А почему бы и нет? Ну, повесит оно еще год, выйдет из моды, и уже не надену его никуда. Задушив в себе скрягу и прижимистую особу, уверенно облачилась в это воздушное чудо и покрутилась на месте. Подол взвился в воздухе и ласково обвился вокруг моих ножек.
— Ну, как я тебе? — спросила я у Рояны.
— Шикарно, — отозвалась она, — все лесные насекомые, умертвия, озабоченные белобрысые ведуны и прочая гадость будут у твоих ног.
— Да ну тебя, ведьма — шикнула я на нее.
— Ну, а что, ты на цветочек похожа, — продолжала дразнить подруга. — И бабочки слетятся, и жучки соберутся, и мужики сползутся.
— Замолчи, иначе я переодеваюсь в свой мешок, — пробурчала я.
— Какие мы обидчивые! — проворчала ведьмочка. — Пошли завтракать, пока толпа туда не сбежалась.
Расчет Рояны оказался верным, застряв на озере студентки — травницы опаздывали на завтрак."
"Усевшись в одну из открытых сложенных из тонких бревен беседку, мы принялись поглощать простую пшеничную кашу.
Мои глаза невольно отыскали долговязую накаченную фигуру светловолосого ведуна.











