Моль

- Мне как-то нехорошо, - прошептал мужчина, едва удерживая себя в сознании.

- Твою мать! - выругалась Моль, прикасаясь к мужскому лбу рукой. Он горел. И достаточно сильно. Только этого ей и не хватало!

Света откинула спинку пассажирского кресла и, скрипя шинами, развернулась, наплевав на сплошную...

- Черт-черт-черт! - повторяла она, давя педаль в пол. Одна рука на руле, вторая проверяет пульс. Василий лежал на сиденье и, как ей казалось, не обращал на неё никакого внимания. – Плохая идея, нужно возвращаться.

- Нет.

- Прости?!

- Пожалуйста… - шепчет мужчина.

– Нет.

- С тобой может случиться все, что угодно! После таких травм перечень осложнений длиннее рулона туалетной бумаги. Без нормальной диагностики я не смогу тебя вытащить, как бы ни хотела…

- Остановись, – едва слышный шепот. На самом деле она не понимала, за счет чего он все еще держался! Это противоречило всему, что она знала…

- Зачем?

- Я выйду. Туда… я… не вернусь.

Светлана отвлеклась от дороги и посмотрела ему прямо в глаза. Василий бессильно свесил голову на плечо и едва ворочал языком. Вот же черт! Высади его… Психанула! Закурить бы, да не стоит травить его еще сильнее… Наконец решилась: свернула с дороги.

Если ехать дворами – путь к дому значительно сократится…

- Сможешь дойти? - спросила женщина, паркуясь.

- Да… Где мы?

- У меня. Пойдем.

Света вышла из машины, осмотрелась по сторонам. Черт подери! Она так параноиком станет! Открыла дверь со стороны пассажира и помогла мужчине выйти. Он еле держался на ногах. И был очень тяжелым, несмотря на то, что за время болезни серьезно потерял в весе. Слава Богу, что Светлане было не привыкать к нагрузкам, иначе она бы просто его не дотащила.

С трудом открыла дверь, и они буквально ввалились в квартиру. Еще немного, и Света сгружает мужчину на кровать. Где будет спать сама, пока как-то не задумывается. Спина противно ноет. Ее слабое место. Обычно так бывает после долгих операций.

Стремительно выходит из спальни. Моет руки, забирает свой «тревожный чемоданчик» и сумку с заранее купленными медикаментами. Возвращается. Он в сознании. Зрачки панически расширены, но ничто другое не выдает его состояния. Одевает фонендоскоп. Первое, что приходит на ум – это воспаление легких.

Самое распространенное осложнение в таких случаях. Прикладывает «слушалку» к мужской груди. Краем сознания отмечает, что по нему вполне себе можно изучать анатомию. Названия мышц – так точно. С легкими все в порядке. Терапия, конечно, не ее призвание, но хрипы она бы услышала. Осматривает шов, который тоже не вызывает никаких вопросов.

- Я в норме, – звенящую тишину, разрывает шепот мужчины. Света даже подпрыгивает от неожиданности.

- У тебя тридцать семь и пять.