Моль
Она не хотела чужих тайн… Но узнала их. Она не была панацеей… Но ей пришлось ею стать. Она не искала любовь… Любовь сама нашла ее. Она была просто Молью, которая спасла Мотылька
Светлана затушила сигарету и поспешила к плите. Сделала тише, приоткрыла крышку. Добавила в воду вишню и немного сахара. Всыпала крахмал. Через несколько минут завтрак Василия уже был готов. Можно ложиться спать.
Он проснулся в светлой уютной комнате. У очередного клиента Алана хороший вкус. Практически белые стены, молочные шторы. Напротив кровати, на всю стену, низкая тумба-комод. Над ней - вытянутое узкое зеркало, и полки с книгами. У кровати с одной стороны тумба с торшером, с другой - удобное плюшевое кресло, в котором кто-то спал. Мужчина замер, а потом вдруг как-то резко вспомнил события вчерашнего дня.
Женщина завозилась, открыла свои балтийские глаза. И он в очередной раз поразился. Их глубине, цвету, но главное – непостижимому, невозможному просто спокойствию, царящему в них. У него ушли годы на то, чтобы добиться такого эффекта. Но это была совершенная актерская игра. А как обстояло дело с ней?
- Доброе утро.
Голос женщины был немного не таким, как он запомнил. Более хриплым, скрипучим даже. Ах… Да. Так бывает, если долго говорить, или кричать от боли.
Светлана выпрямила длинные ноги, потёрла руками лицо и встала со своего места. Двигалась женщина как-то неестественно. Как будто у неё что-то болело. А ещё она припадала на одну ногу. Раньше он этого не замечал, а значит, что-то случилось совсем недавно.
- Тебе помочь с туалетом? - негромко спросила она.
Василий отрицательно покачал головой. Спустил ноги с кровати. Встал, придерживаясь за спинку.
- Просто скажи, где он.
- Налево, прямо за дверью, - ответила Светлана, провожая взглядом мужчину, который по стеночке шёл к цели.
"Василий зашел в ванную. Защелки на двери не было. Когда живешь один - закрываться не от кого. Привалился спиной к стене, выдохнул. Все тело болело, но, в любом случае, он чувствовал себя гораздо лучше, чем неделю назад. Воспользовался туалетом, абсолютно не стесняясь сопровождающих процесс звуков. Избегая зеркала, уставился на полочку с парфюмерией. Все баночки стояли ровными рядами от самой высокой, до самой низкой. Краны и все хромированные поверхности были безупречно чистыми, и блестели в свете софитов.

















