Моль

Что может быть интереснее квазаров?

- Смеешься? - нахмурилась Света.

- Почему? – удивился Василий. – Меня, к примеру, тоже занимает эта тема. Я до сих пор не могу понять, как их существование соотносится с общей теорией относительности Энштейна. Как быть с замедлением времени?

Света потрясенно распахнула глаза. Нет, она понимала, что Василий совсем не дурак, но… Черт. Он шарил в ее любимой теме. Вау…

Глава 16"

"Тот день был странным. В духе всего того, что происходило до этого. Василий оставался самим собой, и Света наконец поняла, как ему удалось выжить.

Он был невероятно умным. Наверное, даже гениальным. Скупые слова детдомовской характеристики и на сотую долю не отображали его умственного потенциала. Именно мозг стал якорем Васи. Моль готова была поставить свою машину на то, что давным-давно в голове Василия созрел какой-то план. И он терпеливо следовал ему долгие годы. Эта системность, или последовательность действий – называйте, как хотите, позволила мужчине выжить. Он загнал себя в матрицу, из которой не было выхода. Даже смерть им не была. Он срежиссировал сценарий, взяв под контроль то, что, по большому счёту, не мог контролировать. Во всяком случае, так думали его обидчики. Но Василий каким-то непостижимыми образом вывернул свою реальность так, что из сломанной марионетки трансформировался в самого главного кукловода. Светлана была в этом уверена. Она восхищалась им. Она его боялась. Диаметрально противоположные чувства, симбиоз которых был довольно странным, но оттого не менее захватывающим.

В ту ночь Моль даже спать не могла. Светлану как будто накачали энергетиками. Ее мозг находился в настолько возбужденном состоянии, что она места себе не находила.

То ложилась на диван, то снова подскакивала. Выкурила с десяток сигарет. Выпила целый чайник липового чая. Но это не помогло ей успокоиться. Тогда она достала альбом, карандаш, и принялась водить по бумаге. Уснула ближе к утру, окончательно вымотанная и разбитая.

А утром… Утром Моль увидела совсем другого Василия. Не гения, каким он перед ней предстал вчера, не безумца, балансирующего на грани фобий, каким он виделся совсем недавно, а… Роботом. Пожалуй, этот термин лучше всего характеризовал то, что она увидела.

Абсолютно пустой, отрешенный взгляд, предельная концентрация на экране лэптопа. Она, наверное, заводя сердце пациента, не выглядела настолько сосредоточенной. Что случилось за то время, пока она спала? Что опять произошло?

Василий сидел абсолютно неподвижно, и только стремительный танец тонких пальцев на клавиатуре ноутбука нарушал эту всеобъемлющую статичность. Света взяла альбом и тихонько устроилась в кресле. Она просто не могла нарушить царящую тишину.