Муж лучшей подруги

— Полина, девочка моя, иди к папе, — проговаривает Паша заплетающимся языком.

Он с огромным трудом поднимается с коленей и, слегка шатаясь, протягивает дочке руку. Полина испуганно отходит в сторону и обхватывает меня руками за бёдра. Прямо сейчас я испытываю ненависть к бывшему мужу — жгучую, опаляющую меня изнутри. За то, что поступает как настоящий ублюдок и заставляет нашу дочь наблюдать за семейными перепалками. Не должны дети всё это видеть и слышать.

— Я хочу домой, — произносит Полина.

— Домой? — удивляется муж. — А помнишь свой дом в Питере, медвежонок? Помнишь свою комнату с единорогами и ночник в виде мухомора?

Полина всё сильнее вжимается в меня и отрицательно мотает головой, но бывший не отступает — наседает на дочь всё больше. Вспоминает мелкие детали из нашей прошлой жизни и утверждает, что там дочке было гораздо лучше, чем сейчас.

— Мама, я хочу уйти, — произносит малышка.

— Но мы же ещё не поиграли! — глаза Пашки лихорадочно сверкают.

Господи, и этого человека я когда-то уважала? Ждала? Встречала после работы? Обнимала по ночам? Сейчас же презираю и не испытываю ни единых добрых чувств. В начале нашего сегодняшнего разговора проскользнуло нечто похожее на жалость, но нет, жалости у меня к нему теперь тоже нет.

— В следующий раз, папа. Нам с мамой пора домой, — глажу Полину по светлым волосам и хочу двинуться в сторону выхода.

Внезапно раздается негромкий стук в дверь. Наверное, я выдаю свою нахлынувшую радость с потрохами, потому что бывший муж смотрит на меня чуть прищуренным взглядом и вопросительно кивает в сторону двери.

— Знаешь, кто там?

— Понятия не имею, — испуганно мотаю головой и прибавляю: — Наверное, кто-то из работников гостиницы.

Я, правда, не знаю кто там, могу только догадываться — но, по крайней мере, смогу улизнуть из номера вместе с малышкой на глазах у свидетелей. Не станет же он на людях держать нас в номере силой?

Паша медленно направляется к двери — с опаской и недоверием. После очередного стука всё же щелкает замком и не успевает коснуться ручки, как дверь резко открывается и задевает мужа по лицу.

Мне кажется, что я нахожусь сейчас в каком-нибудь кино или сериале, где спасать меня приехал человек, при виде которого сердце усиленно стучит и ликует.

— Артём, Артём приехал! — восклицает дочка.

— Ты кто вообще такой? — Пашка потирает рукой задетый дверью нос, и внимательно смотрит на моего босса.

— Лида, спуститесь с Полиной вниз. Вас уже ждут, — обращается ко мне Артём Сергеевич, игнорируя вопросы Пашки.

Пользуясь случаем, я подхватываю дочку на руки и проскальзываю мимо Артёма, слушая в свою спину гневные обвинения от бывшего мужа, которые умолкают спустя несколько секунд после того как дверь захлопывается.