Муж лучшей подруги

— Вернешься в свою клоповню московскую?

— Все равно, только бы не с тобой, — выдернула свою руку и отошла подальше.

Мне было мерзко стоять рядом с ним и ощущать его прикосновения к себе.

— Ладно, Лида. Я уйду, но только для того, чтобы ты остыла и все обдумала. Можно всё оставить как есть и тогда никто из нас не пострадает.

Он поднялся с места оставив почти нетронутым свой ужин и вышел в прихожую.

— Все как есть? Да ты спятил, Паша! — шепотом произнесла я, провожая его к той, другой. В этом я даже не сомневалась.

— У тебя нет вариантов, Лида. Иначе я лишу тебя всего, что у тебя есть, в том числе и дочери. Вопрос только во времени.

-

После хмурых воспоминаний на улице вдруг резко холодает. С моря дует сильный пронизывающий ветер, и я обхватываю себя руками, чтобы не замерзнуть.

— Не волнуйся, все потом успокоились, когда узнали, что ты просто подруга его жены, — произносит невозмутимо Стас, доедая свою порцию шаурмы.

— Так и есть. Я — подруга Риты, — произношу негромко, словно напоминая самой себе. — Давай возвращаться в гостиницу, я что-то так устала за сегодня.

— Хорошо, давай вернемся, — согласно кивает коллега.

Возвращаемся мы быстрым торопливым шагом, потому что помимо сильного ветра начинается дождь. Когда мы оказываемся в холле гостиницы, насквозь промокшие и смеющиеся, мой взгляд цепляется за знакомую фигуру Артёма. Он стоит к нам спиной и разговаривает с мужчиной по фамилии Матвеев. Босс намекал во время конференции, что это важный человек для нашей компании. Когда я прекращаю смеяться и умолкаю, Артём Сергеевич поворачивается ко мне лицом и с ноткой неприязни скользит по мне взглядом.

Наверное, я выгляжу не самым лучим образом — по волосам стекают капли дождя, платье насквозь мокрое и неприятно облепило тело, а макияж наверняка потёк. Артём Сергеевич пожимает руку Матвееву и кивнув прощается. Подходит к лифту, нажимает кнопку вызова. Стас легонько подталкивает меня вперед и мне приходится подойти к начальнику ближе."

"— Добрый вечер, Артём Сергеевич, — дверцы лифта открываются, и мы заходим туда втроем.

— Добрый, — сухо отвечает босс.

Стас нажимает цифру три и выходит немного раньше, чем мы. Желает доброй ночи и оставляет нас один на один до седьмого этажа. Лифт едет мучительно долго. Мне кажется, что у меня начинается клаустрофобия, потому что воздуха вдруг становится мало, а дышать — с каждой секундой сложнее. В голове кружится от запаха мужского парфюма, тело становится вдруг тяжелым, и я опираюсь плечом о холодную стену. Когда чёртова дверца лифта наконец открывается, я выбегаю из него первой.

Иду по длинному коридору и слышу шаги Артёма Сергеевича прямо за собой. Останавливаюсь у номера, ищу магнитную карту в дамской сумочке, но отчего-то руки дрожат, и сумочка падает на пол.