\

Я замер и, кажется, не дышал, ожидая ответ.

— Это, наверное, не слишком удобно…

— Вовсе нет. Лера, — позвал я, заставляя её вновь поднять на меня глаза. — Будь моей… гостьей.

48. Мне нравится, что ты пахнешь мной!

Лера

Будь моей…

Слова обожгли душу кипятком. Он сказал гостьей, но я услышала совсем другой подтекст.

Заминка мне показалась? Или…

«Думай, Лера, головой. Тебе предлагают помощь. Не время выпячивать гордость и пытаться быть сильной и независимой. Тем более, что она тебе сейчас нужна!» — твердил внутренний голос.

Тяжело сглотнула вязкую слюну, не в силах произнести ни слова, и кивнула в знак согласия. На лице Димы появилась улыбка. Он взял мою руку в свою, поднёс к губам и поцеловал кожу чуть выше пластыря.

— Располагайся и разбирай вещи. Ванная там, — кивном указал на дверь, что я не заметила ранее. — Сильно не мочи раны. Потом поменяем пластырь и повторно обработаем синяк. Посмотри в пакетах, там я кое-что купил: шампунь, бальзам для волос, зубную щётку. Не знал, какие марки ты предпочитаешь, взял на свой выбор. Полотенца найдёшь. А я пока тебя оставлю, посмотрю, не проснулась ли снежинка. Юле нужно было уехать, так что нам сегодня приглядывать за моей племянницей.

Я не успела даже слова вставить, заторможенно переваривая то, что он мне только что сказал. Дима поспешно вышел, прикрывая за собой дверь, а я ещё какое-то время продолжала сидеть, прижимая к груди белую коробку с новым телефоном.

Внутри оказался гаджет последней модели яблочного бренда. Кажется, он был даже дороже кольца, что дарил мне Максим, делая предложение.

Коснулась пустого безымянного пальца, где раньше было украшение. Я сняла его когда попала в больницу, а потом его забирал вместе с вещами муж… почти бывший муж, и обратно не привозил.

Мысль о скором разводе вызвала облегчение. Я словно избавлялась от чего-то неправильного, мерзкого, липкого. Надеюсь, что Юля поможет развестись быстро, а потом я сменю паспорт, чтобы даже штамп не напоминал о мужчине, причинившем мне столько боли.

Нас больше не связывало ничего. Кольца и фамилия остались у него, так же как и все мои вещи, что сгорели в огне предательства. Кстати об этом.

Включив смартфон, зашла в новостную ленту посёлка, где находился дом Савельева и тут же наткнулась на новость о пожаре. Судя по фото и видео, снятыми очевидцами, успела сгореть почти половина особняка.

Пострадавших не было.

На одном из фото мелькнула завёрнутая в простыню блондинка рядом с машиной скорой помощи. Запоздало подумала, что моё возвращение и скорый побег могли зафиксировать камеры видеонаблюдения, но потом вспомнила, что в самом особняке камер не было, только снаружи. А те активировали, только когда все уезжали из дома, что почти никогда не случалось.