Дочь моего друга (СИ)
— Познакомься, Демид, это моя дочь, Арина. Она жила с матерью в Европе, теперь живет со мной. Арина, это Демид Ольшанский, мы с ним сто лет знаем друг друга! — Покровский распинается, а я поглубже сую руки в карманы, сжимая их в кулаки. Передо мной стоит вчерашняя девчонка, бедная студентка, которую я отбил у сопливых насильников. И которая сделала меня как пацана. — Ну как, успела в общагу? — нависаю над девчонкой, пока Глеб нас не слышит. — Троллейбус не сломался? — Нет, господин Ольшанский, все прошло хорошо, — отвечает она, хлопая ресницами в пол-лица. А меня кроет. Я вчера стал ее первым мужчиной. А сегодня узнал, что она Арина Покровская. Дочь моего друга.
А раз сегодняшний вечер мне светит провести в одиночестве, то хотя бы выгуляю свою машинку. Заодно поужинаю в нашем с Демидом любимом ресторане.
Заруливаю на парковку. Это здесь я когда-то пряталась от Ольшанского под деревом, когда он подпер мою малышку своим танком. Когда я ему рассказала, он сначала не поверил. Мы приехали в этот ресторан, и я показала Демиду, за каким столиком сидела я, а за каким он обнимался с девицей.
Это почему-то его особенно возбудило. Он сгреб меня в охапку и промурлыкал в ухо:
— Моя малышка ревновала? Да?
— Я ей чуть волосы не выдрала, когда смотрела, как она тебя лапает, — ответила я раздраженно и отпихнула Демида. — А ты так на нее смотрел, будто хотел трахнуть ее прямо там.
— На нее разве что смотрел, а вот тебя точно сейчас трахну, — пообещал он, и мы еле успели дойти до вип-кабинета.
В конце дня Демид всегда голодный, и мне очень нравится когда он так явно проявляет свое нетерпение. Когда срывается на мне в любом удобном для этого месте. Ему без разницы, это салон машины, вип-кабинет ресторана или его собственная кухня. И я стараюсь не ревновать к прошлому.
А прошлое не перестает о себе напоминать.
— Привет, — звенит оно над ухом незнакомым голосом. Поднимаю голову и крепче сжимаю в руке вилку, потому что передо мной стоит та самая девушка, на которую так явно западал Демид. И к которой я его отчаянно ревновала.
Я вытрясла с него, что это Настя. Она не Алиса, в ней чувствуется порода. И она нравилась Демиду, я это точно знаю. Он потому больше с Алисой мутил, чтобы не привязываться.
— Настя на свой «мерс» сама заработала, а Алиска насосала. Разницу чувствуешь? — неохотно ответил он, когда я пристала как пиявка с вопросом, кто из его бывших ему больше нравится.
Конечно, я это спросила, чтобы услышать, что никто. Что теперь у него есть я, и ему никто не нужен. Но Демид никогда не станет говорить то, что хочется услышать мне. Он скажет то, что ему нужно сказать, ни больше, ни меньше. И надо или смириться, или с ним не разговаривать.
— Малыш, если не хочешь получить неудобные ответы, то не задавай неудобных вопросов, — жестко ответил он. — Я предупредил, что тебя не должны задевать мои прошлые связи. И я привык, что моих слов в качестве аргумента достаточно. Если тебе нечем занять свой вкусный ротик, могу предложить альтернативу.
Альтернативой был персик, но я предпочла член Демида. Теперь смотрю на Настю и стараюсь не поддаваться неуместной сейчас ревности. Какая же она красивая!..
— Вы уверены, что я вас знаю? — отвечаю и слежу, чтобы голос не дрожал. Какой бы эта Настя прекрасной ни была, Демид выбрал меня.
— Знаешь, не притворяйся, — она садится напротив. — Так это на тебе Демка собрался жениться?
Не вижу смысла отвечать. Пожимаю плечами, нанизываю на вилку креветку и отправляю в рот.

















