Дочь моего друга (СИ)
— Познакомься, Демид, это моя дочь, Арина. Она жила с матерью в Европе, теперь живет со мной. Арина, это Демид Ольшанский, мы с ним сто лет знаем друг друга! — Покровский распинается, а я поглубже сую руки в карманы, сжимая их в кулаки. Передо мной стоит вчерашняя девчонка, бедная студентка, которую я отбил у сопливых насильников. И которая сделала меня как пацана. — Ну как, успела в общагу? — нависаю над девчонкой, пока Глеб нас не слышит. — Троллейбус не сломался? — Нет, господин Ольшанский, все прошло хорошо, — отвечает она, хлопая ресницами в пол-лица. А меня кроет. Я вчера стал ее первым мужчиной. А сегодня узнал, что она Арина Покровская. Дочь моего друга.
Рука девушки вцепилась в его затылок. С пугающим безразличием отмечаю, что знаю хозяйку груди и руки.
Это Виолетта.
— Он сказал тебе, что они не знакомы, верно? — раздается вкрадчивый голос, отдающийся где-то в задней части черепа. — Как видишь, это не так. Демид и любимая твоего отца раньше были любовниками. Это старый снимок, красивая, тебе незачем ревновать. Вот только зачем он солгал тебе, как думаешь?
А у меня нет ответа. Ни одного. Ни единого.
Глава 32
Арина
Я целых полчаса сижу в машине, пытаюсь прийти в себя. Передо мной на панели управления лежит маленькая, совсем крошечная зажигалка.
На самом деле это не зажигалка, это флешка. Ее мне дал Феликс, можно сказать впихнул.
— Я не стану этого делать, — сказала я твердо, убирая за спину руку.
Но видимо моя твердость в сравнению с общим эталоном — детский пластилин. Феликс взял мою вторую руку, вложил туда флешку и по одному завернул пальцы.
— Не станешь, не надо. Но на всякий случай все-таки возьми.
На флешке следящая программа, которая сможет извлечь удаленную переписку из всех мессенджеров, находящихся на ноутбуке Демида. У него ноут синхронизирован с телефоном, поэтому удобнее считывать с ноутбука. Демид часто оставляет его в кабинете, и туда мне проще будет установить прогу.
В теории, потому что практиковать это я отказалась напрочь. Но Феликс все равно настоял.
— Бери, красивая. Тут минута дела, вставила и вынула. Быстрее чем секс. Зато у тебя пропадут всякие сомнения.
— Я сначала поговорю с Демидом, — повторяла я упорно. Феликс вгляделся пристально, затем согласно кивнул.
— Поговори. Конечно поговори. Он тебе все расскажет как на духу. Чистосердечно признается и раскается... — неожиданно резво поднялся и навис надо мной глыбой. — А главное, не забудь меня упомянуть. Посмотришь на реакцию, тебе понравится.
Резкий рингтон возвращает в действительность, вижу на экране имя Демида и боюсь ответить на вызов.
Я. Боюсь. Демида.
Нет, это что-то нереальное. Надо не так.
Я. Сошла. С ума.
Вот так правильнее.
Беру телефон, смотрю на имя, которое по прежнему вызывает у меня учащенное сердцебиение. Я совсем потерялась в своих страхах. И боюсь я совсем не Демида, а того, что все, сказанное Феликсом, окажется правдой.
Отвечаю на звонок и подавляю дрожь, услышав в трубке знакомый и любимый до щемящей боли голос. Я не позволю никому нас разлучить. Ни за что.
— Привет.
— Привет, малыш, почему так долго не отвечала?
От хрипловатых ноток, звучащих в моем ухе, я готова расплакаться. В последнее время со мной это происходит все чаще, Демид даже предлагал сходить к неврологу. Он заботится обо мне, пока я подозреваю его черт знает в чем.
— Извини, не слышала, телефон на беззвучке.
— Ты не дома?
Он знает, что я не дома. Зачем тогда спрашивает?
Одергиваю себя.

















