Неопознанный ходячий объект

Мне не спалось, и я немного прогулялся в саду, это что, запрещено?

– Нет, – торопливо заверил Василий Иванович. – Я просто хотел узнать, не заметили вы чего-нибудь подозрительного или, возможно, что-то слышали?"

"– Я ничего не видел и не слышал, – отрезал писатель.

Дальнейший разговор никаких результатов не дал. Обычная вещь: никто ничего не видел и не слышал, завтра прибудет милиция, и как бы нам с подружкой при таком раскладе в дураках не остаться. Труп видели только мы и голову тоже… Чего доброго – менты решат, что мы и есть преступницы, а воду мутим, чтоб отвести от себя подозрение.

От этой мысли мне сделалось так нехорошо, что продолжение разговора я даже не слышала, а в себя пришла, только когда Женька ткнула меня локтем в бок, и я сообразила, что в холле остались мы вчетвером: участковый, дежурная и мы с подругой. Девушка подтвердила, что Владислав Петрович действительно выходил в парк и гулял минут пятнадцать, она лично за ним дверь запирала.

– Это ничего не значит, – заметила Женька. – Он мог выйти на пятнадцать минут, вернуться, затем выбраться через окно и преспокойно стащить труп.

Я поведала ей о своих исследованиях и горестно вздохнула:

– В лесу как будто были двое. Но мадам и Валера, похоже, комнат не покидали.

– А если кто-то из них не стал рисковать и свою обувь просто выбросил?

– Тогда мы должны ее найти, – недовольно заметила я.

– Обувь? – вытаращила глаза Женька. – И где ее искать?

– Не знаю.

Все это время Василий Иванович стоял рядом и взирал на нас с интересом.

– Насчет обуви – это хорошо, надо бы ее найти. Еще предложения есть?

– Есть предложение выпить чаю, – вздохнула Женька, и мы пошли на кухню.

Пока закипала вода, я с потерянным видом таращилась в окно и вдруг глухо простонала от неожиданной догадки.

– Ты чего? – испугалась подружка.

– Женя, я дура…

– Ну, что ж теперь…

– Да заткнись ты и послушай. Нам Иван Бородин что сказал?

– Он много чего говорил.

– Про Зеленого охотника. Напрягись. Он сказал, что тот из логова не выйдет, если быть точной, он выразился так: ходить не будет. А почему?

– Почему?

– Вспомни легенду, то есть страшилку эту дурацкую.

Женька сначала поморщилась, злясь на то, что я заставляю ее шевелить мозгами в два часа ночи, затем вытаращила глаза и даже схватилась за сердце.

– Потому что похоронили его голову…

– Ну, конечно.

– Господи, так ты думаешь…

– Разумеется, если Иван так уверен, это значит одно: он эту голову и похоронил.

– Мама моя, так это мы тогда с ним возле мельницы столкнулись? Он с перепугу рюкзак выронил, а когда мы лежали в отключке, стащил его и голову закопал. Неужто он того… голову, то есть… у какого-то приезжего?

– Вряд ли.