Неправильная невеста. Сердце Стужи

– Привели очередную Эрику? – раздражённо осведомился он, скривив в омерзении тонкие губы при взгляде на Оерика с семьёй.

– На этот раз очень похожа, мэтр Сирил, – тон драгона, что допрашивал меня, изменился, стал уважительным, послышались в нём нотки страха.

Стало понятным, что вошедший занимает высокое положение.

– Да? – Сирил перевёл льдистый взгляд единственного глаза на меня.

Потом неспешно приблизился, продолжая внимательно меня рассматривать.

– Не бросишься в ноги, не опустишь взгляд? – насмешливо поинтересовался он. – Даже не встанешь при господине?

Я онемела от ужаса.

Он же не стал дожидаться, пока я соберусь с мыслями. Присел передо мной на колено, грубо взял меня за руки, размял ладони пальцами, как когда-то это делал Рикард.

– Лучница, – ухмыльнулся он невесело, я тихо вскрикнула, когда он слишком сильно сжал мои ладони.

Но он тут же их отпустил и потянулся к своему лицу, чтобы снять повязку. Пустая глазница за опустившимся разорванным веком ещё сочилась сукровицей. Кожа потемнела, будто сгнила, даже запах был соответствующий.

– Твоя работа, Эрика, – хмыкнул он, вновь скрывая уродство повязкой, и поднялся на ноги.

– Говорил же, господин, это она, – залебезил Оерик. – В объявлении обещали награду за дочь конунга…

– Да, награда, – кивнул Сирил, вновь скривившись от омерзения. – Наградите его как следует.

Драгон махнул рукой, и стоящий за спиной Оерика воин одним слитным движением приблизился к побледневшему фермеру. Взмах кинжала. И Оерик осел на пол, прижимая ладонь к перерезанному горлу. Помещение наполнили крики Милдрет и Агаты. Я с ужасом и одновременным удовлетворением наблюдала, как жизнь покидает глаза мужчины.

Награда, достойная предателя…

– За что?! – вскричала Агата, обратив полный слёз взгляд к невозмутимому драгону. – Мы же сделали, как требовалось…

Она замолкла, когда Сирил резко поднял руку, а потом опустил её, взглянув на убившего Оерика воина. Тому будто и не требовалось большего. Он приблизился и к женщине.

– Нет! – Милдрет попыталась выступить перед ним, но тот просто оттолкнул её.

Окровавленное лезвие вновь опустилось, оставляя тонкий росчерк на шее Агаты.

– Чудовище! – заметив на поясе Сирила кинжал, я стремительно вскочила, крепко хватаясь за рукоять.

Даже не знаю, откуда взялись силы. Осторожность и благоразумие смыло волной злости. Вскинув руку с оружием, я тут же пустила его в ход. Но раньше, чем лезвие достигло цели, драгон перехватил моё запястье ладонью. Резко вывернул его, вырывая из меня болезненный вскрик.

– Говорят, женщины Эрфолка кротки, послушны и во всём следуют воле отца, а потом мужа, – произнёс он задумчиво, чуть улыбаясь краешком тонких губ.