Неправильный лекарь. Том 4

— Хотел сказать доброй ночи, — криво ухмыльнулся Белорецкий. — Да язык не поворачивается.

— Да уж, — отец первым подошёл к нему и пожал руку. — Доброй её точно не назовёшь.

— Есть уже какие-то версии, кто это и откуда? — обратился он к командиру наряда, который производил первичный осмотр и опрос.

— Ну узнать кто это не составило труда, — ответил тот. По лицу было видно, что после выясненных подробностей ему стало ещё непонятнее, чем до этого. — Это лекари из клиники на Рубинштейна. Только совсем непонятно, какого чёрта они здесь делали и зачем им это надо. Вроде вполне порядочная клиника, хорошо себя зарекомендовавшая, от использования амулетов Баженова они отказались, насколько я помню.

— А они что, без сознания? — удивился Павел Афанасьевич? — Вы их вырубили что ли?

— Нет, не мы, — усмехнулся полицейский. — Их уработали Александр и Екатерина Склифосовские.

Полицмейстер вскинул брови и посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Катю, которая резко засмущалась и попыталась спрятаться за меня.

— Это как? — спросил Белорецкий.

— С помощью восстановленного медальона Вяземских, — ответил я, достав его из-за пазухи и продемонстрировав обе его стороны. — Вы уже знакомы с этим амулетом, он не раз спас мне и моим родным жизнь. А теперь выяснилось, что некоторые функции у него были заблокированы. Поджарский восстановил его, вернув весь функционал.

— Сынок, а ты знаешь, почему у него был урезан функционал? — спросил Белорецкий, глядя на меня и сузив глаза.

— Да, Павел Афанасьевич, — невозмутимо кивнул я и убрал медальон за пазуху. — Я в курсе всей этой печальной истории. Сила молний и разрядов здесь регулируется, а молодой Вяземский возможно этого не знал. Или просто игнорировал по причине скудоумия, об этих подробностях история умалчивает.

— Ладно, хорошо, — сказал он, немного успокоившись. — А сестра как в этом участвовала?

— Точно так же, — хмыкнул я.

— Вы передали медальон ей?

— Нет, — решилась ответить Катя. — У меня свой такой же!

— Это как? — удивился Белорецкий.

— Поджарский, когда ремонтировал мне мой медальон, — решил я объяснить, так как тайны особой это уже не представляло. — Сделал по моей просьбе дубликаты для всей семьи. Причём с полным набором функций, каким этот медальон был создан изначально.

— Понятно, — кивнул главный полицмейстер, глядя, как начинают приходить в себя решившиеся на ночную вылазку лекари, ставшие по непонятным причинам наёмными убийцами. Потом обратился к руководителю следственной группы, которая приехала вместе с ним. — Проверьте, что у этих добрых молодцев на шее.

Двое полицейских ринулись исполнять поручение. Вскоре у них в руках были серебряные амулеты с россыпью переливающихся камней. Такие же, как тот, что пропал у меня вместе с чёрным блокнотом.