Обет на крови
Сотрудники спецназа ГРУ майор Гончаров и прапорщик Власенко выясняют обстоятельства убийства своего сослуживца. Становится известно следующее: в преступлении замешаны те же люди, которые, скрывая лица под масками, совершили несколько кровавых погромов на рынке. Очевидцы утверждают, что хулиганы бравировали нашивками с логотипом местной патриотической организации, которую взрастил сам губернатор. Но спецназовцы не спешат с выводами. Они намерены взглянуть на истинные лица "борцов за справедливость". Жестокая, отмеченная кровью схватка срывает все маски. Бойцам спецназа открывается тайна, которая по своему запредельному цинизму просто не укладывается в голове...
Приказано доставить живым! Хотя тебе все одно долго не жить! Сам понимаешь, лишь до изолятора, а там зэки тебе сами свой приговор вынесут, и им на кодексы наплевать. У них свой кодекс!
Майор приказал:
– Окажите этому ублюдку помощь!
И повернувшись к Соловьеву, сказал:
– Леш! Ты сооруди здесь носилки, да выноси его с парнями своей группы по этой дороге на лужайку, а мы поспешим вперед. Там еще работа у Власа. Поможем ему!
Соловьев согласно кивнул головой:
– Давай, Вадим! Мы здесь не задержимся! Да, а ты всех своих от аула убрал?
Гончаров, вспомнив о Гусарове, выругался:
– Вот черт, этот блядский Змеелов совсем с толку сбил. Баскак!
Шарипов, ранее также подошедший к месту главного боя, откликнулся:
– Я, командир!
– Слушай, Рустам! Отзови Гусарова с перевала! Пусть пулей летит сюда и дальше движется с группой майора Соловьева.
– Понял, отзываю!
– Ну а мы пошли! Вперед, ребята, Баскак догонит.
Разбившись на две колонны, первая штурмовая группа начала марш к лужайке, откуда вдруг вспорола нависшую над лесным массивом тишину, длинная автоматная очередь. Так как спецназ имел бесшумное оружие, эту очередь мог дать только боевик. Почему Влас позволил бандитам огрызнуться? Или это и для прапорщика явилось сюрпризом? Ладно, скоро все узнаем. Лишь бы этой очередью не задело кого из ребят или заложников. Остальное уже пустяки!
А события в лагере рабов развивались практически параллельно акциям у развилки и на хребте. Получив приказ командира штурмовой группы на уничтожение поста на дороге и приняв еще двух бойцов из группы майора Соловьева, прапорщик Власенко отправил на ликвидацию передового дозора «духов» прапорщика Комарова. Комар был опытным бойцом, не первый год служившим в спецназе и имевшим на своем счету не один десяток боевых выходов. Задал несколько уточняющих вопросов и, проверив свой бесшумный «ВАЛ», ушел в лес, направившись в обход лужайки со стороны аула. Шел он быстро, но осторожно, и уже через семнадцать минут вышел к цели. Вернее, он увидел бородачей, сидевших на обочине дороги в тени густых кустов. Боевики о чем-то лениво переговаривались. Прапорщик поднял автомат и собрался выйти из укрытия, но справа из леса раздались хлопки разрыва осколочных гранат магазинного гранатомета. Комаров понял, что силы сводной штурмовой группы провели атаку на основную часть банды. Эти хлопки заставили боевиков вскочить на ноги. Ненадолго, на доли секунды, которые потребовалось прапорщику-спецназовцу, чтобы уложить боевиков. Он осмотрел трупы, привел в негодность их оружие и сообщил в эфир:
– Влас! Я Комар! У меня порядок!
– Хорошо! Выдвигайся к лагерю, не выходя на лужайку. Займи позицию контроля над всем северо-восточным сектором, не допуская возможного прорыва каких-либо сил боевиков со стороны аула.
