Обманутая

Стелла пребывала в смешанных чувствах.

7

Они сидели в машине Калеба, и Кейт не могла представить себе места, в котором ей было бы менее уютно. Впрочем, она не могла вспомнить и человека, перед которым вела бы себя столь же неподобающе, как перед Калебом прошлой ночью. Последние сутки ее словно перебрасывало из одного кошмара в другой: сначала Кейт обнаружила казненную Мелиссу Купер, потом узнала, что отец когда-то встречался с этой женщиной, после влила в себя полбутылки виски и в довершение всего пыталась затащить Калеба в постель. И припоминала, что при этом напомнила инспектору о его проблемах с алкоголем.

– Полагаю, излишне спрашивать, что вам здесь понадобилось, – промолвил Калеб. – У сыновей жертвы убийства.

– Жертва убийства была любовницей моего отца. Я хотела узнать подробности этой истории.

– Но тем самым вы вмешиваетесь в расследование. Только не говорите, что не собирались переступать границы, – в его голосе слышалось недовольство. – Сегодня утром наши люди были у мистера Алэма, соседа Мелиссы Купер. Тот пребывал в крайнем возбуждении – ведь делом занимается Скотланд-Ярд. И эта новость немало удивила наших коллег.

То же самое они услышали от школьного смотрителя, который также давал сегодня показания. Вы предъявили удостоверение, Кейт, и тем самым открывали себе двери. А это никуда не годится.

Голова еще гудела после выпитого ночью, и мучительно было слушать холодный, резкий голос Калеба. Кейт наконец осмелилась взглянуть на него: в его глазах уже не было прежнего дружелюбия и симпатии.

– Вы в шаге от обвинения в служебном нарушении, – говорил он, – и я могу вам его предъявить. Вы это понимаете?

Кейт кивнула.

– Да, – добавила она.

Калеб как будто немного смягчился.

– Я понимаю, что вы хотите знать, кто убил вашего отца. И эта история с Мелиссой Купер породила для вас множество новых вопросов. Но это наше дело, мое и моих людей. У вас хватает собственных проблем в жизни.

У Кейт вновь разгорелись щеки. На что он намекал? На прошлую ночь и ее неподобающее поведение?

– Вам лучше как можно скорее вернуться в Лондон, – продолжал Калеб. – Это просто совет, но нет ничего хорошего в том, чтобы сидеть одной в этом пустом доме и предаваться раздумьям.

Я бы тоже такого не вынес, да никто бы этого не вынес. Вам следует вернуться к своим повседневным заботам. К нормальной жизни."

"Кейт понимала, что Калеб не тот человек, с которым стоило делиться своими заботами и проблемами, тем более теперь. И все же у нее вырвалось:

– У меня нет жизни. Вот что самое ужасное.

Она заметила, как он бросил взгляд на часы, а затем – в сторону дома. Был разгар рабочего дня, и Калебу предстояло утрясти кучу дел: конечно, у него не было времени обсуждать ее проблемы.