Охота на пиранью

 — Ты мне вот что скажи — Генаша у вас от мужей часто в ухо получает?

— Федя, да ты, в натуре… Он же в шутку.

— А ты не слышал, что я тут с таким шутником сделал?

— С тем, пижманским? Федя, да не бери в голову — язык почешет, зубками поблестит…

— Ты его отведи-ка сюда да попроси, чтобы не особенно хвост распускал. Ясно? Я смотрю, Миша, ты у них за старшего, вот и действуй. Я человек по-таежному гостеприимный, но есть свои маленькие слабости, терпеть не могу, когда мою Нинку при мне за задницу треплют. Когда без меня, впрочем, тоже…

— Федя…

— Иди, проведи разъяснительную работу.

Ведь и на дверь, Миша, показать могу…

— Тяжелый вы народ, боцмана… — грустно сказал Миша. Чуть пошатываясь, выбрался из-за стола и пошел в сени, где Гена, болтая без умолку, помогал Ольге открывать банки с огурцами.

Мазур двинулся следом, похлопал его по плечу:

— И другим то же скажи…

Накинул плащ, вышел во двор. Пара минут у него была — пока Миша напоминает своей бражке о необходимости держаться в чужом доме по-джентльменски. Хватит, чтобы в темпе отволочь Федора в сараюшку. А там, по примеру покойничка, можно отправить всю кодлу в баню и запереть к чертовой матери… Дров там достаточно, не озябнут до утра, не графья, никто их, цинично рассуждая, в гости не загонял…"

"Оглянувшись на дом, вошел в баньку.

Света пока достаточно, и легко было рассмотреть, что лицо усопшего боцмана искажено ужасом. Он уже начал на совесть коченеть, правая рука нелепо согнута. Подхватив его под мышки, Мазур выволок жмурика под дождь, волоком потянул к сараюшке…

На крыльце раздался сдавленный возглас — нечто среднее меж громким иканьем и оханьем. Мазур мгновенно выпустил труп, с глухим стуком упавший на мокрые доски, потом только обернулся.

Там стоял Гена и, похоже, пребывал в оцепенении, пытаясь сообразить, чудится ему это или как. Даже подошел поближе к перилам:

— Эй…

Мазур метнулся к нему, стуча сапогами, в развевавшемся плаще, похожий, должно быть, на лубочного вампира здешних мест, — Гена, хоть и был уже изрядно поддатым, шарахнулся, искривив лицо в совершенно детском испуге. Но в дверь, конечно, не успел юркнуть…

Мазур действовал по всем правилам — ослепляющий, оглушающий удар в лицо, вдогонку пара-тройка послабее, по корпусу… Подхватил скрючившегося кудряша под микитки, понатужившись, поднял и головой вперед швырнул в дверь.

Ольга успела вовремя отшатнуться — Гена пролетел мимо нее, сбил стул и приземлился на полу.

Никто не успел ни обронить словечко, ни пошевелиться — Мазур выстрелил в потолок, рявкнул:

— Сидеть!!! — и навел на них пистолет.

Они вмиг протрезвели. Миша медленномедленно, бледнея на глазах, вытянул руку:

— Федя, херню не гони…

— Молчать! — Мазур передвинулся вправо.