Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны \

Наконец, дракон убирает свою железяку, но все еще с напряжением смотрит на Альбу.

— Никогда не слышал, чтобы пантер кому-то удавалось приручить, — хмуро произносит Нортон.

— Я думаю, еще есть много такого, о чем вы не слышали. Каждое мгновение в мире происходит что-то удивительное, — пожимаю плечами.

Альба садится рядом, снова подставляя голову под мою ладонь. Генерал рассматривает меня, потом пантеру, а потом бурчит себе под нос:

— Девчонка еще, а рассуждаешь, словно у тебя уже за спиной немало опыта.

Возможно, он хотел, чтобы я это не слышала, но я слышу.

— Может, я только благодаря этому еще жива?

Хотя жива ли я в другом мире, мне уже не скажет никто. Да и вообще, что такое произошло, зачем и к чему.

Нортон, прищурившись, вглядывается в меня, а потом сам себе усмехается и кивает в сторону таверны.

— Идем, я еще не пробовал твой тыквенный суп. А мне его уж больно хвалили.

— Напрасно вы опаздываете тогда, — язвительно замечаю я. — Солдат много, а когда я уходила, все с удовольствием его наворачивали. Может, только одно рагу и останется.

Точнее, я уверена, что Орта прибережет для генерала и хорошую порцию, и лучший кусок пирога. Но повредничать же можно?

— Тогда тебе придется сделать мне его персонально, — не теряется дракон. — А мне потратить время на то, чтобы следить за тобой. Вдруг ты мне решишь какую-то поганку подбросить.

— А потом под трибунал? — фыркаю я. — Спасибо, и так еле свою шкуру спасла.

— Тогда тебе не о чем беспокоиться.

Альба идет следом за нами, не отставая от меня ни на шаг.

— Мне пора, матушка заругает, — слышится звонкий голосок Мери. — Солдат много, помогать ей надо.

— Ой, да что эти солдаты, просто нахлебники. Толку от них нет. Только ходят и делают вид, что защищают, — отвечает ей незнакомый голос паренька. — Да и у вас эта, новая магичка есть. Справятся и без тебя.

Нортон резко останавливается и поворачивается в сторону разговаривающих. Чувствую, будет гром… Хорошо, если без молний. Потому резко хватаю дракона за руку и удерживаю.

Он странно смотрит на то, как мои тонкие бледные пальцы крепко обхватывают его отливающее бронзой мощное предплечье, а потом переводит взгляд на меня. Хочет что-то сказать, но я прикладываю палец к губам, мол надо сначала понять, а потом собак спускать.

«Мне он не нравится», — рычит Альба.

— Просто тем, что глуп? — шепотом спрашиваю я так, чтобы слышала только пантера.

«Даже сюда доходит запах. Непонятный. А шерсть дыбом встает», — отвечает она.

К звериному чутью лучше прислушиваться, потому я вместе с Нортоном аккуратно выглядываю из-за забора. Стоим. Смотрим на то, как парень, какой-то пеговолосый и совершенно блеклый прижимает к себе Мери. Девчонка стыдливо отпихивается, но парня это, по-моему, вообще не трогает.

— Я пойду, — наконец, вырывается Мери.