Она разрушила нашу семью

– Скажите, а в том, что девочка всё же умерла, действительно виноваты вы? Или это Лидия хотела подкинуть нам горяченькую новость?

Я схватила сумку, что лежала на соседнем стуле, перекинула её через плечо.

– Всего хорошего, Анжела, – сказала редактору и прежде, чем уйти, добавила: – Забудьте мои контакты. Иначе вами займётся полиция.

Угрозы, впрочем, такого действия, на которое я рассчитывала, на редактора не произвели.

– Она говорила, что именно от вас зависит жизнь Вероники. Так значит… всё закончилось так, что зрители будут рыдать? О, я предвкушаю, что мы сорвём куш…

Слушать это и дальше я не стала. Направилась быстрым шагом к выходу из кафе, а следом – к Борису. Сотрудничество с ним, да и общение в целом, сейчас казались едва ли не единственным светлым пятном в моей жизни. Помимо мальчиков и папы, разумеется.

Я искренне надеялась, что без информации от меня и моего прямого участия в передаче ничего не случится. Анжела не станет давать ход той истории, которая априори лично для меня выглядела законченной.

Но, как выяснилось позже, я жестоко ошибалась в том, что у малознакомых людей есть хотя бы капля эмпатии.

Впрочем, кажется, моя жизнь делала всё для того, чтобы сюрпризы в ней не заканчивались.

* * *Направляясь в суд, где мы с Арсом должны были подать заявление на развод, я раз за разом фиксировалась на простой, вроде бы, мысли. Ещё несколько месяцев назад и подумать не могла о том, что в обозримом будущем меня ждёт подобное.

Что стану надеяться на быстрый ход дела, после которого прекращу быть женой Арсения Курилова. Странно, но у меня сейчас даже сожаления о том, что всё случилось именно так, не имелось. Лишь хотелось оборвать все те ниточки, что связывали меня с Арсением, а дальше… просто вздохнуть полной грудью. И начать выстраивать наши отношения с Куриловым только в рамках «Ярик-Вовка-Арс».

– Нас уже ждут, – сказал Арсений, когда мы встретились возле здания суда.

Он был собран и молчалив. На мой кивок никак не ответил, лишь только распахнул для меня дверь и, пропустив внутрь, зашагал следом.

Я не представляла, что нас ждёт, даже в мыслях этого себе не рисовала. По итогу же получила десять минут, которые могла обозвать лишь одним словом – сухие. Сухие на эмоции, сухие на слова. Сухие на события, ведь мы просто подписали заявления на развод, приложили все документы, которыми обзавелись до этого момента, и услышали:

– Через месяц ждём вас за свидетельством о разводе. Может приехать кто-то один.

Я видела – для Арсения этот «приговор» прозвучал как гром среди ясного неба. Но сейчас эмоционировали мы с ним совершенно по разным поводам. Это я сейчас подсознательно перебирала в памяти те моменты, что стали высеченными на сердце.