Она разрушила нашу семью

Когда Ника была дочерью только на бумаге, когда всё, что он делал – это приезжал к ней пару раз в год по праздникам, казалось, что и он, и Милена, и, что самое главное, его семья находятся в безопасности. А сейчас у него включился своего рода режим избегания. Всё казалось, что если он не станет предпринимать никаких шагов, то всё исчезнет, растворится, перестанет быть настолько фатальным.

Пожалуй, Лида была права – у него действительно не имелось достаточно воли для принятия важных решений. И сейчас Курилову предстояло начать учиться быть совсем иным Арсением.

– Я позвоню Русакову и мы с ним обсудим, что делать дальше. Возможно, если я задействую связи и средства, мы сможем определить Лиду туда, где ей помогут.

– О, уж в том, что этой дамочке нужна помощь, я не сомневаюсь, – фыркнула мама.

Родители поднялись с дивана и теперь смотрели на Арса так, словно ждали ещё чего-то.

– Не затягивай с этим, сын, – сказал папа. – Я даже предполагать боюсь, что может случиться с Лидой, если вдруг вашей дочери не станет.

– Подумай о том, не поедет ли у неё крыша окончательно. Успеем ли предпринять что-то, чтобы обезопасить в этом случае Милу и мальчиков? – добавила мама.

После чего они оба удалились, больше не прибавив ни слова. Курилов же постоял немного немой статуей, после чего накинул пиджак на плечи и, выйдя из кабинета, отправился в отель, откуда и позвонил Русакову.

* * *– Я очень рад, что ты согласилась, – улыбнувшись, сказал мне Борис, только сегодня утром прилетевший в Адлер, где мы с мальчиками и отцом находились последние несколько дней.

До этого момента даже успели осмотреть сочинское побережье, и вот теперь отдыхали, купались и загорали, полностью погрузившись в летние впечатления.

– Это я рада, что ты всё же со мной связался и не стал бросать свою идею, – не удержавшись от ответной улыбки, сказала Миронову."

"Мы устроились на террасе кафе с видом на море. Мальчишки отправились в парк аттракционов с дедушкой, так что я вполне могла посвятить время обсуждению рабочих вопросов. Ибо Борис прилетел к нам с грандиозной идеей, возникшей у него в тот момент, когда он узнал, куда именно мы отправились отдохнуть и развеяться.

– Конечно, не стал. Ярик и Вова просто находка. Я уверен, рекламная кампания будет весьма удачной.

Он отпил глоток смузи и стал смотреть на морскую гладь. Ранним вечером она была прозрачно-голубой и спокойной. А светлое, какого-то удивительного оттенка небо сочеталось с палитрой водной стихии, становясь её частью.

– Милена, я могу задать тебе вопрос, который, возможно, тебя огорчит… ну или даже оскорбит? – неожиданно спроси Борис, и я мгновенно напряглась, превратившись в застывшую статую.