Опьяненный любовью

Пен была рада, что за благочинным фасадом ее дочь сумела разглядеть порочное и подлое нутро викария. И пусть в будущем это умение сослужит ей добрую службу.

– Гарри порекомендует герцогу сменить викария, – кивнула Джо. – Я надеюсь!

– Поэтому я и пошла в гостевой домик – поговорить о новом викарии. Я хотела просить Гарри… я думала… – Казалось, Пен больше говорит это Фредди, так старательно она отводила глаза от Джо. – Я собиралась объяснить или, по крайней мере, намекнуть ему, каким должен быть новый викарий.

– То есть?

Пен покраснела.

– Мол, преподобный должен быть холостым.

Не слишком старым, но и не слишком молодым.

Джо удивленно подняла брови и, казалось, едва сдерживает смех. Даже голос у нее слегка дрожал, когда она спросила Пен:

– Ну и как прошел разговор?

– До него мы не дошли, потому что…

Разумеется, Пен не собиралась выкладывать Джо всю подноготную. Ей лучше не знать. Впрочем, Джо и так уже обо всем догадалось.

– Джо, я люблю Гарри. Всегда любила. Но он, видимо, скоро женится на леди Сьюзен Палмер. – Пен вздохнула. – Все так и должно быть.

– Да, – кивнула Джо. – Это хорошая партия.

Пен захотелось выплеснуть остатки бренди в лицо Джо, но сделала еще глоточек.

Как она могла винить Джо? Та лишь сказала то, что Пен уже сто раз говорила себе. Это хорошая партия.

«О боже, как же порой невыносима жизнь!»

И Пен продолжила свой рассказ:

– Гарри хочет сделать меня любовницей, и – да простит меня Господь! – мне этого тоже хочется. Но тогда мне придется уехать из Литтл-Падлдона и бросить все, что мы вместе здесь создавали. Я буду полностью зависеть от него. И меня просто убивает мысль, что я буду вынуждена делить Гарри с его законной супругой.

Голос у Пен дрожал, казалось, она вот-вот снова разрыдается. Но, глубоко вздохнув, Пен все же успокоилась.

– Клянусь, ради Гарриет я готова на все, но на такое пойти не смогу.

– Пен, ты на самом деле думаешь, что, если ты станешь любовницей графа, это пойдет на пользу Гарриет? – негромко, подбирая слова, спросила Джо. – Ты хорошо подумала? Ей, может, будет очень неловко называться незаконнорожденной дочерью хозяина. Люди могут ее не принять.

– Знаю… Люди шутят об отродьях Уолтера, но у этих детей есть хотя бы видимость законности.

– И как ты будешь себя чувствовать, когда у графа появятся свои, вполне законные дети? С ними ведь будут обращаться иначе, чем с Гарриет.

– Может, и будут… Но только не Гарри!

Хотя могла ли она в этом поклясться себе? Будущее ей неведомо. Даже то, как поведет себя Гарри. Сейчас он, свято в это веря, утверждает, что будет всегда заботиться о Гарриет – не только материально, но и морально поддерживать ее. Но стоит Гарри заиметь законных детей, как он может изменить… Нет, наверняка изменит к ней свое отношение.