Опьяненный любовью

В хмельнике негде было устроить пикник, поэтому они решили перейти в сад.

Пен расстелила скатерть, которую нашла в корзине, и расставила на ней тарелки, чашки, еду. По мнению Доркас, Гарри ел за десятерых – в корзине была целая гора еды.

После чего Пен села и стала смотреть, как Гарри показывает Гарриет, как палкой подбрасывать падалицу с яблонь.

«Как хорошо, что Гарриет пришла именно в этот момент. Секундой позже, и…»

Пен закрыла глаза. О боже! Секундой позже она позволила бы Гарри поцеловать себя. Она видела это по его глазам. Он стоял так близко.

Волна мучительного смущения окатила ее.

Но кого Пен пытается обмануть? Еще мгновение – и она бы ответила ему поцелуем. Стоило его губам прикоснуться к ее руке, как у нее закружилась голова. Словно искра, упавшая на сухой хворост, его прикосновение разожгло в ней страстное желание, настолько всепоглощающее, что по сравнению с ним померкла даже ее девичья любовь. Все ее здравомыслие, сдержанность, гордость были мгновенно испепелены пламенем страсти. Пен была на волосок от того, чтобы отдаться Гарри.

Она тряхнула головой, пытаясь изгнать из воображения этот искусительный соблазн.

– У меня получилось!

Пен открыла глаза и увидела, что Гарриет улыбается отцу, а Гарри улыбается ей в ответ.

– Превосходно! – воскликнул он.

Гарриет повернулась к Пен.

– Ты видела, мама? Ты видела, как я ударила яблоко и как далеко оно полетело?

На какую-то долю секунды Пен хотела было солгать, но потом вспомнила, что обещала себе никогда не лгать Гарриет, ну, конечно, кроме истории о выдуманном мистере Барнсе.

– Боюсь, я пропустила.

Лицо Гарриет помрачнело.

– Но мама!

– Извини.

Пен всегда старалась не разочаровывать дочь, но сейчас чувствовала себя особенно неловко, даже по-настоящему виноватой, из-за того, что ее невнимание к Гарриет объяснялось порочными мыслями о мужчине, от которого она сейчас старательно прятала глаза.

– Придется попробовать еще разок, Гарриет, – сказал Гарри. И со смехом добавил, обращаясь к Пен: – Будь на сей раз внимательнее.

«О боже, как он хорош, когда смеется!»

– Я постараюсь.

Гарриет бросила на нее осуждающий взгляд.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Девочка подобрала яблоко, подняла палку и снова взглянула на Пен.

– Ты смотришь, мама?

– Да, смотрю.

Гарриет подбросила яблоко в воздух, развернулась и… промахнулась. Недовольно топнув ногой, сердито посмотрела на мать, словно та была виновата в ее промахе.

– Надо было как следует смотреть в прошлый раз, мама.

– Давай еще раз, – предложил Гарри. – У тебя непременно получится.

Мальчишкой Гарри часто играл с падалицей и пытался научить этой игре Пен, но она была совершенно безнадежна.

Для Гарриет запасы его терпения, казалось, были неисчерпаемы.