Осман. Его маленькая слабость

— А Каришу куда?

— Буду планировать занятия под ее дневной сон или, наоборот, — неопределенно машу рукой, понимая, что не до конца продумала этот момент.

В конце концов, если не потяну совмещение работы и материнства, всегда можно отказаться от первого.

Но отказываться не приходится. Моя малышка словно понимает, как нам нелегко, и на следующий день засыпает прямо по расписанию, аккурат к приезду Артема, сына директрисы Багрянцевой.

«О, какой приятный молодой человек», — думаю я про себя, когда открываю ему дверь.

Высокий, подтянутый, не такой худощавый, как некоторые его сверстники, с пронзительными голубыми глазами, чем-то напоминает… нашего отца в молодости.

Должно быть, он очень воспитанный и прилежный ученик, раз приехал вовремя. И мама его, Мила Захаровна, очень хвалила сына, делая упор на том, что «ему бы дать нужное направление, а дальше он сам».

Но мое очарование длится ровно до той поры, пока Багрянцев не открывает рот:

— Ну и дыра! — присвистывает он, едва переступает порог нашей квартиры. — Как вы здесь живете?

Дыши, Поля, дыши. Выдыхай!

Глава 4

ОСМАН

— Милый, ты меня вообще слушаешь?

Зара кривит губы, в край вымораживая меня своим капризным голосом.

Да, я реально не слушаю ее, пропускаю мимо ушей болтовню ни о чем, как самый шлаковый спам.

Я сегодня сходила на пилатес. Я сегодня купила сумку из новой коллекции Луи Виттон. Я, я, я…

Не надоело ей еще?

Меня вообще здесь нет. В том плане, что чисто физически я здесь, а вот ментально…

Какого черта сегодня произошло? Камбэк в прошлое? Что это было?"

"Задаю этот вопрос снова и снова, пытаясь отыскать адекватный ответ.

Но его нет. Ни ответа, ни адеквата.

Я в жестком напряге от случившегося. Хочу выдохнуть, не могу.

Огнева перекрыла последние остатки кислорода.

Я злюсь на нее, просто жесть, как злюсь, но в то же время…

Что за? Меня сегодня нехило так повело от близости к ней.

Еще эта малышка, ее дочь, которая буравила меня своими глазёнками, словно пыталась донести какое-то послание. И пахло от нее молоком и нежностью.

Какой-то нереальный запах, что-то из детства.

Детство, блин. Самое время об этом вспомнить в свои тридцать три годика, Осман.

Зара принялась перемывать косточки своей массажистке. Неугомонная женщина, вроде не глупая, но какая-то, не знаю, слишком пресная, что ли.

Мне с ней скучно, неинтересно. Это как есть мясной пирог без соли и перца. Вроде бы сытно, но не хватает вкуса, остроты.

А мне не хватает. Даже знаю, кого, вкуса чьих губ не хватает.

Мне крышу снесло напрочь, когда впервые увидел ее в цветочном магазине. Она тогда училась в своем педе и подрабатывала вечерами.

По чесноку, ее первой приметил Динар, у него тогда голяк был с бабами, вот ему и пришло в голову развести молоденькую продавщицу на один-два вечера без обязательств.