Отец поневоле (СИ)

Но в итоге все же рявкаю:

— Никаких завтра! Собирайся, поехали, — вижу, что Емельянов уже собирается поспорить со мной, но, кажется, планку у меня срывает окончательно, раз вместо того, чтобы договориться спокойно, я повышаю голос: — Твоя семья тебя потеряла. Или на них можно забить ради капризов малознакомого ребёнка?

Бывшая замирает под моим злым взглядом. Спаситель ее, к счастью, тоже молчит. И только Миша продолжает ныть и канючить.

— Ладно, ты прав, — сдавленно говорит Поля. Виновато смотрит на мальчика, обнимает его и что-то шепчет на ухо. Черт знает, о чем они там договариваются, но тот, наконец, отпускает ее и отходит к отцу.

— Идём, — кивает она. В целом Полина выглядит нормально, разве что бледная слишком. Поэтому беру ее под руку на всякий случай, но прежде чем уйти все же оборачиваюсь к Емельянову. — Полагаю, встретимся ещё раз?

Я ни разу не уверен, что он согласится. Но и просто отдать ему Полю не готов. Владимир не сразу, но все же кивает в ответ. И я с облегчением увожу жену из ресторана.

Она покорно следует за мной, вопросов не задаёт до самого дома. И я даже рад этому. Потому что иррациональная злость топит внутри. Понимаю, что если она ничего не помнит, то нельзя ее в чем-то обвинять. Не сейчас. Но все равно продолжаю беситься. Ведь это она скрыла от меня сына. Она подкинула его, подвергнув опасности.

Она. Пусть и не помнит об этом сейчас.

— У Миши сегодня день рождения, — неожиданно произносит Поля, когда мы заходим в лифт. — Он очень ждал этого и хотел провести время втроём…

Судя по голосу она очень расстроена. Оно и понятно — Емельяновы помогли ей, приютили и в каком-то смысле стали семьей. Но… черт, я все равно злюсь за то, что думает не о нашем сыне, не о нашей семье.

Поэтому молчу. Сдерживаю все, что кипит внутри.

— Я пообещала ему, что мы встретимся и все наверстаем…

Полина настороженно смотрит на меня.

— Мы правда в разводе?

— Правда. Но если ты уже строишь планы, как вернуться к Емельянову, не торопись, — цежу сквозь зубы. Она испуганно смотрит и даже делает шаг от меня, что коробит и неприятно задевает. — Есть ещё кое-что, о чем тебе предстоит вспомнить…

— О чем ты?

Мы выходим на этаже, я открываю дверь и делаю приглашающий жест. Бывшая осторожно проходит внутрь. Как я и предполагал, в коридор выходит Ольга с Платошей на руках.

— У тебя есть кому обещать своё время, — медленно произношу, заходя в лёд за ней. — Знакомься, это наш сын Полина…

— 15 Полина -"

"Я стою, оглушенная словами бывшего мужа. Смотрю на женщину, на ребенка в ее руках, и что-то внутри откликается. Медленно, словно во сне, делаю шаг вперед, затем еще один. Я не в силах отвести глаз от малыша. Тот смотрит на меня, а затем улыбается.