Отомстить изменнику, или Невеста (не) того дракона

– Хотя бы мигрень прошла? – спрашиваю сочувствующе и как бы невзначай кладу свою ладонь поверх запястья Адама, параллельно наблюдая за реакцией Георга.

– Да что такое! – восклицает он, эмоционально замахивается, от чего я инстинктивно отклоняюсь назад, кладет руки на спинку стула и с противным звуком отодвигает его от стола. – Давайте поедим, пожалуй, родственнички дорогие.

Георг с силой садится на стул и снова с противным звуком пододвигает его к столу. Я не знаю, как выдерживает моя мебель, но древесина не зря подбиралась для кухонного гарнитура самая крепкая. Она не только способна прожить очень долго, сохранив свой первозданный вид, но и выдержать напор неуравновешенного дракона. Я почти почувствовала, как стулу было больно, когда его спинку сжимали ручища Георга.

Но несмотря на сигналы инстинкта самосохранения я–таки не могу промолчать. Такие случаи, где я молчу, вообще можно пересчитать по пальцам, и этот в него не войдет.

– Простите, – начинаю, воинственно подавшись вперед, – но этот стул гораздо старше вас, попрошу относиться к нему с большим уважением.

– Да? – усмехается Георг. – И насколько же? У меня на следующей неделе первый серьезный юбилей, сто лет по вашим людским меркам. Наша семья не так давно записалась в лояльные к недраконам, горожане нас знают какой–то жалкий десяток-другой лет.

Бросаю быстрый взгляд на Адама, кажется, ему не нравится, что Георг заговорил о настоящем возрасте драконов, ведь если он старший, то ему больше сотни лет. А мне?"

"А я еще даже не вошла в возраст, когда человеческая девушка получает шанс почувствовать своего истинного безо всяких предсказаний. Я так хотела не заключать помолвку до этого срока, хотела проверить правдивость слов ведьмы, но родители решили, что девятнадцать уже поздно, ни к чему ждать, а ведь девятнадцать мне уже в этом году.

И, кстати, почему-то не только мои родители предпочитают не давать шанса найти свою вторую половинку по внутреннему наитию. Любопытно, почему? Не доверяют наитию? Боятся, что оно приведет дочерей к неподходящим кандидатам? Или и вовсе не верят в существование того самого наития?

Надо будет обязательно серьезнее подумать об этом как-нибудь, но сейчас у меня более насущные вопросы.

Ох, это ж колоссальная разница в возрасте между мной и Адамом. Впрочем, как и между мной и Георгом. Но старший Бомон возится со мной, терпеливо возится. Правда, ему самому все это нужно, вопрос только зачем.

Одни вопросы вокруг. Когда же уже будут ответы.

– Солидный возраст, – медленно произношу, взвешивая каждое свое слово, – красивый. Юбилеи всегда несут в себе звучные цифры. Но стулу, на котором вы сидите, в два раза больше.