Параллельные (СИ)

Вместо ответа одарила его тяжёлым взглядом. На этом мы и… порешили.

Сам день прошёл спокойно, я занималась какими-то домашними делами, злясь на Нечаева, жалея себя и, наоборот, злясь на себя и сочувствуя мужу. Кто бы знал, что гормоны превратят мой мозг в сплошной компот?

В обед заехал Костя.

— Дружка своего защищать будешь? — хмыкнула я, обнаружив на пороге квартиры Козырева. Все эти годы они оставались с Нечаевым лучшими друзьями, я же привыкла воспринимать его как ближайшего родственника. Ещё бы, я видела его в разы чаще, чем собственных родителей.

— А надо? — с намёком изогнул он свою бровь.

— Ещё не решила, — честно призналась. И тут же пожаловалась: — Он носится со мной как с писанной торбой.

— Заботится.

— Ну не так же навязчиво!

— Это же Илюха, ему всё под контролем держать надо.

Предупреждающе прищурилась, пытаясь взглядом сообщить гостю всё, что думаю о нём.

— И всё-таки ты его защищаешь.

— Скорее твои нервы берегу.

— Да-да, все вы так говорите, — вздохнула я, ставя перед Костей чашку кофе и садясь за стол напротив него.

Друг благодарно кивнул, но продолжал рассматривать меня, словно пытаясь что-то найти.

— Что? — смутилась под его пристальным взглядом.

— Ты бледная…

Невольно фыркнула.

— Комплименты у Нечаева учился делать? У него с этим проблемы.

— Да нет же, — мотнул головой Костя, отчего-то тоже покраснев. — Просто ты… какая-то… — он, не договорив, махнул рукой и сделал большой глоток из кружки, после чего неожиданно кивнул в сторону моего живота: — Толкаются?

Не сразу сообразила, о чём он, только потом осознав, что уже какое-то время потираю свой живот.

— Тянет, — нехотя пояснила я, только сейчас поймав себя на том, что всё утро боролась с неприятными ощущениями.

— Может, к врачу? — тут же нахмурился Костя, сильно напомнив этим Нечаева.

— Да нет, всё нормально, — отозвалась не совсем уверенно. — Завтра плановый приём перед уходом на праздники, так что всё должно быть хорошо.

И всё же Козырев по темпераменту уступал моему мужу, а может быть, просто не считал себя вправе лезть в нашу жизнь, поэтому придержал свои советы, лишь попросив:

— Если что, звони, в любое время.

— Хорошо, — с самым серьёзным видом пообещала я, прекрасно зная, что воспользуюсь приглашением лишь в крайнем случае.

К этому времени мы уже стояли в коридоре и неловко топтались друг напротив друга, не представляя, что ещё можно сказать. Костя обулся и натянул куртку, но отчего-то не спешил уходить, а я маялась от желания остаться одной.

Наконец, Козырев сделал глубокий вздох и признался:

— Нин, а я женюсь.

Немного зависла, соображая, о чём он говорит, а потом засияла во все свои тридцать два зуба:

— Это же здорово! Давно пора. Только я думала, что вы с Кристиной расстались.

— А я не на Кристине.