Параллельные (СИ)

Отчего-то решила, что, скорее всего, он как-то узнал про мою работу в садике и теперь собирался оспорить моё решение.

Но Нечаев, как обычно, удивил.

— Нин, — сделал он глубокую затяжку, — а давай на неделе поужинаем?

— А сейчас мы чем занимались?

— Нет, я про то, что давай выйдем куда-нибудь — в ресторан или бар? Или просто погуляем. Мы миллион лет с тобой не гуляли.

Я округлила глаза, окончательно перестав понимать происходящее.

— Можно, — до неприличия сухо отозвалась я и тут же спохватилась, тряхнув головой: — Вернее, здорово, это было бы классно.

— Вот и отлично.

На этом с разговорами было покончено. Вечер прошёл тихо, мы разошлись по комнатам, где каждый занимался своими делами.

Утро встречали в одной постели, ещё не зная, чем закончится этот день.

***

На работу ехала с мыслью, что не хочу… Не хочу лезть в чужие тайны. Мне своих хватало, на фиг мне ещё эти тайны мадридского двора? А вдруг окажется, что я их знаю? Как я потом смогу смотреть в глаза обманутой жене какого-нибудь нечаевского партнёра? И да, ещё существовала врачебная тайна, которой всегда можно было успокоить разбушевавшуюся совесть. Но легче мне от этого не становилось.

Рабочий день начался в размеренном темпе: я прошлась по группам, осуществляя утренний контроль, заприметила пару «сопливчиков», отметив для себя, что не мешало бы их послушать, раздала витаминки, пообщалась с воспитателями… а сама всё время поглядывала на часы, стрелка которых неумолимо приближалась к десяти. Именно в это время Надежда Семёновна попросила меня быть в её кабинете, хотя зачем это нужно было, я упорно не понимала. Вряд ли они ждали, что я начну проводить отбор в наш сад. Все вопросы были уже давно решены и на куда более высоком уровне.

Я сидела в своём кабинете и перекладывала вещи на столе, опасаясь неведомо чего. В конце концов, это был не первый в моей жизни ребёнок, к которому требовали «особого» отношения.

Телефон, как обычно, зазвонил внезапно, словно приходя на помощь и вытаскивая из темных мыслей.

— Нина Евгеньевна, — испуганно затараторила Катя — одна из местных воспитательниц, — тут Эйрих плохо.

«Плохо» оказалось приступом рвоты, повышенной температурой и вздутым животом.

— Похоже на отравление, — заключила я, завершив первичный осмотр, — что она ела?

— Ещё ничего, они опоздали на завтрак, я предлагала принести что-нибудь поесть, но Доминика отказалась.

Юная Доминика выглядела испуганной. Я коснулась её лба в успокаивающем жесте — тот оказался влажным.

— Ты кушала что-нибудь дома?

— Да, — кивнула девочка, — немного…

— А что?

— Фрукты… маме на работе подарили целую корзину.

— А какие там фрукты были, не знаешь?

Ребёнок отрицательно замотал головой

— Они были на кусочки порезаны… ну там манго, фейхоа и что-то ещё.