Параллельные (СИ)

Нервно вздрогнул и выпалил вопрос, который пугал меня больше всего:

— Ты умрёшь?

Мама печально вздохнула, но ничего не успела сказать — тяжёлая отцовская ладонь прилетела мне по затылку.

— Ты что такое говоришь?! За словами следи! Накаркаешь!

— Коля! — угрожающе сверкнула глазами родительница, на какое-то мгновение став по-прежнему молодой и сильной. — Нравится вам это или нет, но вы должны быть готовы и к такому повороту событий. Вам придётся научиться справляться вдвоём, — после чего слабо улыбнулась.

Болезнь прогрессировала со страшной скоростью — мама буквально сгорала на наших глазах, с каждым днём всё больше напоминая бледную тень, а потом и вовсе высохшую мумию. Лечение не помогало, да и не было в те годы в маленьком шахтёрском городке таких возможностей. По иронии судьбы это был рак лёгких, и я часто негодовал по этому поводу. Ведь если по-честному, то это отец ежедневно дышал тяжёлой угольной пылью, оседавшей у него в лёгких, а в итоге… заболела мама. Не то чтобы я желал ему зла, но дай мне тогда кто-нибудь такой шанс, я бы не задумываясь поменял их местами.

Каждый мой день проходил под пронзительный кашель самого родного мне человека. Даже сквозь сон я слышал её страдания. Нам предлагали отвезти её в больницу райцентра, но отец воспротивился, поэтому раз в день к нам приходила дородная медсестра тётя Рая, делавшая маме уколы обезболивающего. Иногда приходил врач, молодой, но уже уставший, от него всегда пахло водкой и крепким табаком. После таких визитов он о чём-то долго беседовал с отцом на кухне, все мои попытки подслушать так ни к чему и не привели.

Однажды, выходя из кухни, он наткнулся на меня, не успевшего спрятаться в комнате. Бросив на меня сочувствующий взгляд, врач неожиданно потрепал меня по голове и сочувствующим голосом велел:

— Держись. Недолго осталось.

Наверное, он хотел как лучше, но лучше в нашей ситуации уже стать не могло.

Папа целыми днями пропадал в шахте, я каждое утро уходил в школу, испытывая панический страх уйти и… не успеть вернуться. В наше отсутствие с мамой по очереди сидели её подруги и дальние родственницы. В остальное время ухаживал за ней я. На нервной почве даже перестал спать по ночам. В школе я обычно сидел за своей партой и смотрел в одну точку. Учителя меня особо не дёргали, прекрасно понимая, что со мной происходит.

***

В тот день нас отпустили раньше, учитель биологии была на больничном, и мы всей дружной гурьбой высыпали на улицу, жмурясь от яркого весеннего солнца. И пусть вокруг ещё были завалы снега, в воздухе уже витало что-то такое, отчего хотелось верить в то, что всё будет хорошо.