Пари с герцогом

Ну или пару дюжин… Бульварные газетенки вечно пытались в своих статейках приписать ему связь с какой-нибудь скандальной дамочкой или сообщить, что он проиграл едва ли не все свое состояние. Рис опустил голову и, поддев носком сапога ком земли, с усмешкой спросил:

– Вы что, хотите сказать, что на самом деле не обручены с Мердоком?

Проклятье! Почему какая-то часть его существа надеется, что она скажет «да», хотя он знает, что этого не произойдет?

– Нет, это правда, но вот утверждение, что я «обратила свой взор на следующего в высшей степени завидного холостяка Лондона», – полнейшая ложь. По крайней мере, это совсем не то, что помнится мне.

– А, забывчивость, – заметил Рис с откровенной насмешкой в голосе. – Случается, даже с лучшими из нас, верно? – Он поднял голову и посмотрел ей в лицо. – Может, поэтому я и не вернулся. Забыл.

– Ты уехал! – выкрикнула Джулиана, в гневе позабыв об учтивости. – Без всяких объяснений! Та статья в «Таймс» появилась после того, как ты отсутствовал больше девяти месяцев. За все это время ты написал мне один-единственный раз, и то лишь для того, чтобы сообщить (не помню дословно): ты «надеешься, что я не считаю наше знакомство чем-то бо́льшим, чем просто знакомство».

– Я же сказал: просто вылетело из головы, – буркнул Рис.

– Ты лжешь! Что произошло на самом деле? Какова истинная причина твоего… нет, не отъезда, бегства? Уж это ты мне должен сказать!

Глаза Джулианы сверкнули, когда она вскинула голову. Ах как она сейчас хороша: ветер швырял золотистые пряди ей на лицо, зардевшееся от гнева.

– Я оказал тебе услугу! – яростно выпалил Рис.

– О, бросив меня? Унизив? Значит, это ты считаешь услугой?

Рис с силой прикусил щеку. Неужели все эти месяцы он ошибался? Или она по-прежнему играет: говорит то, что он хочет услышать? Проклятье! Может, он и подарил ей свободу, но позже узнал, как близко был к тому, чтобы попасть в ловушку ее игры. А сейчас она тоже играет? Наверняка. Она не написала ему ответ и не задала ни единого вопроса, а просто стала жить дальше.

– Ты точно не стала понапрасну тратить время, а быстро нашла мне замену. «Следующего в высшей степени завидного холостяка», если быть точным.

В ее глазах сверкнуло зеленое пламя. Она шагнула к нему.

– О, так тебя это не ранило? Лжец!

– Уж ты-то знаешь. Нужно быть самому лжецом, чтобы узнать лжеца в другом. – Он самодовольно усмехнулся.

– Когда это я тебе лгала? – набросилась на него Джулиана.

Он тоже шагнул к ней, глядя прямо в глаза: между ними оставалось не больше шага. Он наклонился так, что их губы разделяло не больше дюйма. На его подбородке дергалась жилка.

– Скажи мне, Джулиана, каково было притворяться, что ты хочешь меня?

Голова ее дернулась так, будто он ударил ее, ноздри раздулись.