Пари (СИ)

 — Вик, мне вообще не интересно тратить на тебя время, но кое-какие вещи необходимо прояснить, чтобы ты не тешила себя напрасными иллюзиями.

— Я не уволюсь, — как будто читает мои мысли. — И не мечтай так просто от меня избавиться.

— Мне не нужно твое согласие, чтобы это сделать, Вик.

— Виктория Николаевна, — поправляет она, вздернув подбородок."

"Я ловлю себя на мысли, что сейчас, с этим гордо задранным носом и осанкой модели, она похожа на рыжую панду. И невольно лыблюсь, вспоминая, как эти зверьки становятся на задние лапы и поднимают верхние, пытаясь отпугнуть своих врагов.

— И запихни подальше свои сальные мысли, Лекс, — тут же огрызается Вика, видимо решив, что за моей улыбкой кроется какой-то пошлый подтекст.

— ЗапихниТЕ, — исправляю ее, незаметно для Вики делая еще пару шагов вперед. — И так, Виктория Николаевна, считаю нужным предупредить, что не собираюсь делать скидку на то, что вы сами, скорее всего, были не в курсе возложенных на вас обязанностей.

— Официально собираетесь меня утопить, Алексей Эдуардович? — ёрничает она, хотя я слышу фальшь в ее голосе.

— Нет, просто с оглядкой на историю наших с вами… хм-м… взаимодействий, считаю совершенно справедливым лишить вас возможного испытательного срока и последнего китайского предупреждения.

Вика очень старается сохранить лицо, но я отлично вижу пляшущую в ее глазах панику. И чувствую себя как чертом гандон, хотя она заслужила все это как никто другой.

— Ты не можешь меня уволить, — говорит немного растерянно. — У нас же… договор. Как я смогу что-то исправить, если…

Она запинается.

И снова пропускает момент, когда я подкрадываюсь еще ближе.

Теперь между нами одно общее пространство и один на двоих воздух, и я чувствую, как аромат ее парфюма проникает мне в легкие, будоража воспоминания о прошлом.

Воспоминания, в которых я просыпался посреди ночи, потому что даже сквозь сон чувствовал ее запахи тепло кожи. Протягивал руку, запускал пальцы ей в волосы, подминая под себя податливое сонное тело.

А, черт.

— В нашем договоре нет ни слова о том, что тебе запрещено появляться в офисе, если это связано с производственной необходимостью, — с силой возвращаю себя к теме нашего разговора, пока у меня окончательно не протекла крыша как в тот вечер в клубе.

Если я снова на нее наброшусь — это будет максимальный проёб по всем фронтам.

— Ты издеваешься?! — взрывается Вика, напрочь забывая, что дверь в коридор до сих пор открыта и снующие мимо сотрудники с интересом за нами подглядывают. — Думаешь, они будут меня слушать, если моя должность будет «никто»?!

— Думаю, что это исключительно твои проблемы, Вик.