Пари (СИ)

Егор моментально подтягивает к себе тот, что похож на виски с колой, жадно пьет и только после этого его лицо, наконец, избавляется тошнотворного выражения паники. Ненавижу трусливых мужичков. Особенно когда они раздвигают ноги тёлкам, которых я сам собираюсь поиметь.

— Ты же пиздишь, — говорю я и, не моргнув глазом, забираю себе девчачий коктейль. Откуда в мужицких головах вообще берется мысль, что от таких вещей моментально отсохнет член? Коктейль, кстати, вполне себе, но слишком много клубничного сиропа и сливок, поэтому через чур сладко как на мой вкус.

— Ну если ты и правда нас видел, то должен понимать, что мне смысла такое придумывать, — довольно спокойно говорит Егор, и снова пьет. И вот уже его стакан на две трети пуст. — Вика всегда была… очень трезвомыслящей девочкой, если ты понимаешь, о чем я.

Меня коробит от того, что он называет ее «девочкой». Звучит как акт педофилии, блядь, что накидывает еще больше очков моему желанию все-таки почесать об него кулаки. Если так пойдет и дальше, то у меня просто не останется ни одного аргумента, почему я не должен этого делать.

— А учитывая ее проблемы… — Щеки этого барана раздуваются. — Мне пришлось взять на себя часть из них.

— Проблемы? — Я прищуриваюсь, чтобы не упустить ни одной детали. О чем он вообще? О том, что у Вика разводится с Маратом и у них началась грызня за имущество?

— Слушай, мне правда пора. Если тебе что-то надо — может… — Он пытается встать, но я успеваю подняться быстрее и буквально вколачиваю его обратно в стул. Его рожа опять покрывается испариной паники.

— Продолжай, Егор. Просто словами через рот — и я, может быть, не стану проверять что крепче — кости твоей рожи или мои кулаки.

Он трясется, пытаясь как можно дальше от меня отодвинуться, наивно полагая, что те пера сантиметров, на которые он буквально вжимается в спинку стула, защитят его от меня. Даже если бы он вдруг рванул со всех ног — мне хватит сил и выносливости поймать эту гниду еще до того, как он добежит до выхода. И я делаю все, чтобы выражение моего лица красноречиво просигнализировало этой мамкиной царапке, почему меня лучше не провоцировать.

— Ладно, хорошо! — Он поднимает руки, как будто окончательно капитулируя. — У Вики огромные проблемы с деньгами. Она живет в какой-то нищенской конуре, где я бы даже собаку свою не поселил. Потому что бывший муж отобрал у нее буквально все — счета, квартиру, машину. Короче, она вообще теперь нищенка.

Злорадство в его голосе, когда он все это говорит, мне совсем даже не мерещиться.