Партизан

Неожиданно для себя увидел самолет наркома, имеется в виду Лаврентий Палыч, а через некоторое время, которое я потратил на то, чтобы приказать начштаба Богдановичу передислоцировать сюда штаб армии, Берия появился на аэродроме, минут через 15–20 после моего прилета. Он был в полевой форме, практически без знаков различия. Приехал он не ко мне, он закончил свои дела и собирался в Москву. Увидев меня стоящим на аэродроме, оказал мне немного медвежью услугу: я как раз разговаривал с генерал-майором Константином Андреевичем Вершининым и полковником Владимиром Шевченко, они только приземлились, и шла процедура знакомства.

В результате появления товарища Берии они абсолютно потеряли собственное мнение, и вытянуть из них что-нибудь большее, чем: «Есть, товарищ комиссар госбезопасности!», довольно долго не удавалось. Проблемы у них были, и большие. А тут еще Лаврентий Палыч заявил, что все здесь проверяет на отклонения от приказа № 227, и перед глазами двух бравых летчиков замаячил штрафной батальон или штрафная рота. Дело было в том, что выполнить приказ командующего направлением у них было нечем. От шести дивизий и кучи авиаполков армии остались слезы. Тот же Моздок прикрывала целая 217-я дивизия в составе девяти самолетов. В Грозном дела обстояли чуть лучше, 38 истребителей, за счет 25-го учебного полка. Мы с наркомом отошли в сторону, тот поинтересовался: какого черта я здесь делаю? Я ответил. Берия почесал нос и сказал:

– Мне приказали лично проверить все скважины на предмет минирования и подрыва. Ты меня понимаешь?

– Конечно.

– Лечу докладывать. Что у тебя?

– Приказали принять 5-ю Ударную, только прилетел. Встретился с Буденным.

– Я бы ему… – злобно сказал Берия. – Дождется у меня!

– А мне понравилось, как здесь все организовано.

– Твоими устами да мед бы пить!

– Помните, я вам отдавал генеральские петлицы?

– Конечно.

– Так вот он носит звезды маршала и переодеваться не собирается.

– С чего взял?

– Формируем ударные части, сейчас решаем вопрос с авиаподдержкой.

– Бог – в помощь, Петрович! Хотя у тебя в этом вопросе громадный опыт: действовать, когда вокруг никого нет. Удачи!

– К черту! Вторым будете, первым сегодня был Верховный, передайте ему: «К черту».

Сам сказать постеснялся.

– Ну, если что, все скважины и буровые к взрывам подготовлены. Имей в виду.

– Спасибо! Взрывчатка мне понадобится.

– Да пошел ты! Бывай! – он повернулся и зашагал к своему самолету. Потом остановился и крикнул: – Ты мне нравишься! Я рад, что ты здесь! Действуй! Не оглядывайся ни на кого!

Да тут оглядывайся – не оглядывайся, смотреть не на что. Закавказский фронт что-то накопал на правом берегу Терека, но только что-то. Основная задница не здесь, а на Миус-фронте.