Первый

Потому что расслабляться еще было не время.

Демьян осторожно подтолкнул Алю к стулу. Возле прививочных кабинетов не было никого.

– Мы что, будем говорить здесь? – удивилась Аля.

– На улице тебя ждут приставленные отцом топтуны.

Аля кивнула. Кажется, даже не удивившись.

– Я чувствовала, что за мной следят. Кто-то шел за мной, когда я гуляла в парке. И когда я в собачий питомник ездила. Человек в зеленой кепке.

Демьян уставился на Алю во все глаза. Задумчиво свел брови и усмехнулся.

– Надо же.

– Что? – не поняла она.

– Люди твоего отца работают гораздо топорнее, чем я. А ты вычислила меня, а не их.

И этот факт, факт, который вообще-то должен был заставить его насторожиться – потому как, где это видано, чтобы лучшего бойца Теней вскрыли, напротив, заставил его испытать совсем неожиданное в сложившейся ситуации чувство – сумасшедшего, какого-то непонятного и очень примитивного мужского довольства. Она его почувствовала… Демьян хищно улыбнулся. Крылья носа дрогнули. Как у животного, унюхавшего добычу."

"«Спокойно!» – отвесил себе мысленного пинка Демьян, но даже после этой команды ему потребовалось еще несколько секунд, чтобы вернуть себе привычную отстраненность.

– Так ты был рядом? – Аля задрожала, обхватила себя ладонями. – Почему же не дал мне об этом знать?

– Не всегда. В основном твою охрану обеспечивали мои люди. А я, как ты понимаешь, был немного не в форме. – Демьян растер бок.

– Чем тебя не устраивала охрана, которую мне выделил отец?

Голос Али немного дрогнул. Как будто она говорила совсем не то, что ей хотелось.

– Я в них не уверен.

– Но ведь это твой человек – предатель. Третий, кажется?

Богданов резко кивнул. Пальцы конвульсивно сжались. И уже новая порция боли, никак не связанная с ранением, окатила его кишки. Он не сразу поверил, что их сдал Серый. Придя в себя, буквально с первых дней вернувшись к работе, он пытал Яра снова и снова. Подозревая скорее даже его. Боясь ошибиться. Опять. Но рассказ Четвертого выходил довольно складный. Концы с концами сошлись, и вышло, что Серого завербовали совсем недавно. Демьян винил себя, что проглядел это дело. Что списал изменения, произошедшие с Третьим, на хаос, случившийся в его личной жизни. В то время как там гораздо более опасный был слом. И дилемма встала посерьезней, чем выбор между бездетной женой и беременной любовницей. Богданов, не привыкший перекладывать вину на кого-то другого, терзался мыслью, что все могло бы быть по-другому. Осознай он проблему вовремя, непременно нашел бы способ вправить Сереге мозги. Но в то же время майор никак не мог уложить в голове, как Третий, пройдя с ним бок о бок такой долгий путь, в конце его переметнулся на сторону… Хуже него самого себя чувствовал разве что Ярослав. Лучший друг Третьего.