Платье цвета полуночи

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — спросила Тиффани.

Герцогиня свирепо зыркнула на непрошеную утешительницу, но по щекам её по-прежнему катились слёзы.

— Она — всё, что у меня есть, — промолвила герцогиня, глядя на Летицию, которая ни на шаг не отходила от нянюшки Ягг. — Я уверена, Роланд будет ей внимательным и чутким мужем. И надеюсь, она обнаружит, что я хорошо подготовила её к самостоятельной жизни.

— Вы, несомненно, многому её научили, — согласилась Тиффани.

Но герцогиня уже во все глаза уставилась на ведьм. Не оглядываясь на Тиффани, она проговорила:

— Я знаю, что у нас с тобой случались определённые разногласия, юная барышня, но не могла бы ты сказать мне, кто вон та дама, одна из твоих сестёр-ведьм, как я понимаю, — та, что разговаривает с высокой и статной гостьей?

Тиффани покосилась в нужную сторону.

— О, да это госпожа Пруст. Кстати, она из Анк-Морпорка. Она ваша давняя подруга, да? Она про вас только что спрашивала.

Герцогиня улыбнулась, но улыбка вышла странноватая. Если бы улыбки были цветными, эта оказалась бы зелёной."

"— О, — выговорила она. — Это, эгм… — она замялась и чуть пошатнулась, — очень мило с её стороны. — Герцогиня кашлянула. — Я рада, что вы с моей дочерью так сдружились; и мне хотелось бы принести тебе свои извинения за собственную вспыльчивость в течение последних дней. Также мне очень хотелось бы принести свои извинения тебе и всей работящей прислуге замка за то, что, вероятно, могло показаться высокомерием и властностью; надеюсь, ты поймёшь, что мои поступки были подсказаны исключительно желанием матери сделать всё для своего ребёнка. — Герцогиня говорила, осторожно подбирая слова, словно детские цветные кубики вместе составляла, а извёсткой между кубиками служили несказанные слова: «Пожалуйста, ну пожалуйста, не говори никому, что я была танцовщицей в мюзик-холле. Пожалуйста!»

— Ну, мы сейчас все на нервах, — отозвалась Тиффани. — Чем меньше сказано, тем быстрее исправишь, так?

— К сожалению, — промолвила герцогиня, — кажется, я сказала не так уж и мало. — Тиффани отметила, что в руке её светлость держит громадный бокал с вином, точнее, уже из-под вина. Герцогиня ещё немного поразглядывала Тиффани и наконец продолжила: — Свадьба почти сразу после похорон, так?

— Считается, что переносить свадьбу, когда день уже назначен, — дурная примета.

— А ты веришь в приметы? — поинтересовалась герцогиня.

— Я верю, что в приметы верить необязательно, — отозвалась Тиффани. — Но, ваша светлость, я скажу вот что: воистину в такие моменты вселенная становится чуть ближе к нам. Это странные времена: времена начала и конца. Опасные и могущественные. И мы это чувствуем, даже если не понимаем, в чём дело. Такие времена не обязательно плохи и не обязательно хороши.