Шлейф сандала

Но Давид не обиделся, а также насмешливо ответил:

- Мадлобели вар, бэбиа!*(благодарю, бабушка)

Но молодые люди тут же замолчали, так как император разрешил командиру начать джигитовку. По его знаку, зажав кинжалы в зубах, джигиты, стоя в седлах, пронеслись мимо Государя, отдавая честь…

* * *

С самого утра я уже была в аптеке. Мы с Никитой Мартыновичем размышляли, куда бы повесить объявление о том, что в продаже появилось масло монарды. Объявление должно было привлекать внимание покупателей. Артемий весь вечер помогал мне рисовать яркий плакат, на котором красовалась надпись:

«Дорогие покупатели! В нашей аптеке Вы можете приобрести новинку! Масло монарды! Оно благотворно действует на органы дыхания, улучшает кровообращение.

Помогает в борьбе с инфлюенцей, грибковыми инфекциями, паразитами. Снимает отеки, расширяет сосуды. Возвращает женщинам молодость, предотвращает морщины. Спешите купить драгоценное масло, так как его количество ограничено!».

Никита Мартынович все-таки согласился продавать в аптеке масло монарды, потому что сам испытал его целебные свойства. Оно избавило старика от грибка ногтей, который мучил его долгое время.

- Может, на двери? – предложил аптекарь. – Тогда его точно увидят все, кто придет в аптеку.

- Можно и на дверь, - согласилась я. – Только его нужно снимать, чтобы дождь не испортил…

- Доброе утро! Могу ли я видеть госпожу Волкову?

О как! Госпожа Волкова…"

"Я с удивлением наблюдала, как в аптеку входит мужчина в военной форме.

- Это я. Чем обязана?

- Меня просили передать вам письмо, - мужчина извлек из внутреннего кармана конверт и протянул его мне. – Прошу.

- Кто? – я посмотрела на конверт, где обычно пишут адрес или кто отправитель, но он был чист.

- От князя, - военный улыбнулся, а потом склонил голову. – Всего доброго.

- И вам всего доброго, - попрощалась я и, немного волнуясь, разорвала гладкую бумагу. Что Давид написал мне?

«Дорогая Елена Федоровна, позвольте мне просить Вас, представиться Вам по случаю своего возвращения в Москву. У меня есть важный разговор, который, несомненно, повлияет на Вашу дальнейшую судьбу. Буду ждать Вас во вторник у пруда. В полдень. Примите уверение в моем глубоком уважении, ангел мой. С почтением, князь Д.

Эристави».

Я почувствовала, как вспыхнули мои щеки. Ангел мой… Как же это красиво… У Махмуда комплименты были совершенно иного свойства. Например: «Ты как шаурма в плохой день — всегда поднимаешь настроение!». Или мой самый любимый: «У тебя волоса, как вот эта рожь бывает же. Или нет. Пшеница? Пшеница. Точно. Волоса как пшеница!».

Но что же это за разговор, который должен повлиять на мою судьбу? Неужели что-то плохое?

- Еленочка Федоровна, а можно мне масло мо… мо… ранды?

Голос Прошки вывел меня из раздумий.