Шлейф сандала

Он неловко переминался с ноги на ногу, поглядывая по сторонам, но когда увидел Дору, бросился к ней.

- Барышня! Беда! Беда приключилась! Меня матушка ваша прислала!

- Что с ней?! – Дора всматривалась в его лицо. – Да говори ты!

- Барин ее так толкнули, когда шкатулку с украшениями требовал, что Степанида Пантелеймоновна ручку-то и сломала! Лежит стонет, а Борис Васильевич в карты режется с прощелыгами! Полный дом девиц непотребных, пьянство да разврат! Бабы наши боятся на глаза гостям этим попасться, чтобы не снасильничали! Спасайте, барышня! Сил уж нет!

- Господи… - девушка растеряно оглянулась, а потом крикнула, обращаясь к служанке: - Фенька, беги на конюшню! Пускай карету закладывают! Немедля!

Девушка открыла дверь и чуть не упала, столкнувшись с Артемием.

- Ой, мамочки! Спужали, барин!

- Что происходит? – Артемий Осипович нахмурился. – Что за столпотворение?

- Ох… - Минодора прислонилась к стене, прикрыв глаза. – Беда, Тёма… Борис совсем умом тронулся! Матушку ударил, в доме дружков его полно! Сейчас я туда поеду… Ох, он у меня попляшет, ирод!

- Да ты что?! – рявкнул на нее Артемий. – В таком положении воевать с Бориской собралась?! Я тебе не позволяю дуростями маяться! И все тут! Сам разберусь! А ну-ка, Фенька, собирай мужиков! Разгонять шобло загульное поедем! Тещу спасать!

Глава 104

Глава 104

Минодора не могла успокоиться. Какой же гад Борис! Гад и все тут! Разве можно руку на мать родную поднимать?! Эх… не будь она сейчас в положении, то обязательно поехала бы туда и показала бы ему, где раки зимуют! Дора сжала кулаки, представляя, как колотит Бориса по голове что есть мочи, а его глаза вертятся, как цветные стекляшки в «узорнике».*

- Васильевна, вы бы не переживали так… Эка, у вас личико скривилось, словно вы прибить кого хотите… Все образуется… Зуб даю.

Дора удивленно посмотрела вниз и увидела Прохора, который улыбался ей своей фирменной улыбкой без переднего зуба.

- А ты тут как оказался?! – всплеснула она руками. – Егоза!

- Как, как… приехал с Артемием Осиповичем, - хмыкнул мальчишка. – А чево? Еленочка Федоровна с князем милуется, Тимофеевич какого-то важного барина стрижет. Работы мне нету. Вот и решил проехаться… Вас повидать, о здоровье справиться… А туточки страсти какие!

Минодора засмеялась и взяла его за руку.

- Пойдем-ка на кухню, там повариха кашу с мясом приготовила.

- Нет, не могу… хоть и падок я на мясо… - тяжело вздохнул Прохор, потягивая носом. – Мне домой надобно. Вдруг помощь в парикмахерской потребуется… Я с Артемием Павловичем до угла доеду на запятках, а там пешком!

- Ну, смотри, ежели что, оставайся, - девушка взъерошила его густые волосы. – Я тебе всегда рада.

Во дворе уже собрались мужики, и вскоре вся эта команда по спасению Степаниды Пантелеймоновны выдвинулась в усадьбу.