Поход

Дверь же из спальни открылась, и в маленькую гостиную вышла Маша.

― Дорогая, мы будем вместе ловить твоего мерзкого Пантелея, ― проворковала Лари, глядя на испуганно меняющееся лицо Маши. ― Ты рада?

― Ты шутишь… ― пробормотала Маша.

― Нет, сейчас я серьезна, ― ехидно улыбнулась демонесса. ― Шутить мы с тобой будем наедине.

И Лари послала Маше воздушный поцелуй. А потом еще один ― мне. Конец, приплыли.

ГЛАВА 28,

в которой герой соблюдает требования Кодекса охотников, а в результате провоцирует радостное для Маши событие

Прошло не больше часа после того, как Лари столь непринужденно присоединилась к нашей компании, а мы уже успели позавтракать в гостинице под взглядами перешептывающихся горничных и официантки, которых, уходя, Лари в отместку вогнала в краску, а мы втроем уже катили по дороге, сидя в «копейке».

Я за рулем, а Маша справа ― и старательно жалась ко мне, пожаловавшись шепотом, что Лари, сидящая прямо за ней, постоянно делает вид, как будто собирается схватить ее за попу, едва та отворачивается. Хватать не хватает, но пугает.

Дорога была почти пустая, лишь пара крестьянских подвод попалась в попутном направлении, мотор молотил под капотом ровно и весело, и настроение у меня, как ни странно, был очень хорошим.

Причин тому было несколько. Первая причина ― Лари. Как бы то ни было, а я искренне счел ее полезным приобретением для нашего крошечного отряда. А почему бы и нет? Ее преступления, перечисленные в ордере на арест, выглядели скорее хулиганством, нежели чем-то серьезным. Драгоценности на одиннадцать тысяч рублей золотом, конечно, из такой логической схемы выбивались, но… как знать. Не зря же она упомянутого купца Перепихина еще и плетью побила. Видать, было за что.

А еще я не забыл, как Лари мастерски умеет заплетать извилины ― что мужчинам, что женщинам, добиваясь от них почти всего, чего ей требуется. И еще мне помнилось, с какой невероятной скоростью она сумела воспользоваться своим латигом в той схватке на дороге. И неплохо пострелять из пистолета. А это значит, что членом экспедиции она может оказаться действительно ценным."

"Ну и помимо причин, которые я мог обосновать логически, была причина порядка эмоционального ― Лари мне откровенно нравилась.

Впрочем, как и всему остальному человечеству. И не человечеству, наверное, но тут ничего утверждать не могу. Правда, я ее немного побаивался, хоть и меньше теперь, после того как нацепил себе на шею амулет.

Лари опять успела переодеться ― непонятно только, как все эти наряды влезали в небольшой ее рюкзачок. И теперь выглядела вполне годной к путешествию, приодевшись в эльфийский костюм лучницы, эдакую смесь из лесного камуфляжа и наряда регулярной посетительницы ночного клуба.