Поход

Кто-то настолько свой и хорошо знакомый, что он даже не подумал на него дурного. Это же деревня, все всех знают и всем доверяют.

Я сделал драматическую паузу, после чего обратился к демонессе:

― Лари. Хочу тебя попросить пообщаться со сторожем. Сельские чужаков не любят, мне он, скорее всего, ничего не скажет. Даже если приду к нему с вахмистром. Никто не выдаст односельчанина заезжему жандарму. Дурака включит и будет глазами хлопать.

― Ты хочешь, чтобы я выяснила…"

"―…кто и чем угощал сторожа перед убийством, ― кивнул я. ― И скорее всего, тот, кто его угощал, и есть убийца.

― И нам останется лишь придумать способ взять его с поличным, ― добавила Маша, а затем визгнула и подскочила.

― Дорогая, ты просто гений, ― прожурчала ей на ухо Лари, неожиданно схватившая ее за ягодицу. ― Ты возбуждаешь меня все больше и больше.

Маша жутко покраснела и забежала ко мне за спину, укрывшись от своей мучительницы, которая откровенно этим всем наслаждалась.

ГЛАВА 31,

в которой герои вызывают огонь на себя

― Я не могу так больше, я каждый раз подпрыгиваю, когда она сзади подходит! ― жаловалась мне Маша, когда мы сидели с ней вдвоем в трактире «Перекресток», решив в «Веселую долину» не ходить ― во избежание проблем.

Народу в трактире почти не было: у местных был рабочий день, а приезжие в город теперь опасались наносить визиты. Это мы были не в курсе происходящего, за своими хлопотами, а все, кто по этой дороге ездил, уже знали, что в Березняках ночевать не следует ― могут выпотрошить.

Лари нас покинула, решив немедленно пообщаться со сторожем и выяснить, кто его и чем угощал, перед тем как тот уснул. Маша же посвятила все свободное время тому, чтобы перечислить все жалобы на нашу демоническую спутницу, которые у нее накопились.

Я налил в кружку темного пива из большого запотевшего кувшина, стоящего передо мной на столе, стараясь производить как можно меньше пены. Поэтому ответил не сразу, а лишь тогда, когда завершил этот важный процесс и даже попробовал, не стало ли пиво хуже с прошлой кружки?

― Она ведь даже не скрывает, что просто издевается над тобой. Если бы ты не подскакивала так каждый раз, с таким визгом и писком, она бы давно прекратила, ― попытался я урезонить нашу колдунью.

― Я знаю! Но я не могу не подскакивать! Каждый раз, когда она подходит, она или щипает меня, или хватает за зад, или говорит в ухо что-то неприличное! А я не лесбиянка, в конце концов!

Тут она снова покраснела, как будто что-то вспомнила. Но вслух ничего не сказала, а я и не спрашивал. Сказал же совсем другое, съехидничав, не удержавшись:

― Ну а чего ты от нее хочешь? Она все же наполовину демон желания, вот и желает себе помаленьку.

― Если бы помаленьку! Она… я… да она… ― Маша аж задохнулась от возмущения.