Поход

К счастью, не промочив груза, потому что я имею полезную привычку укладывать все вещи на решетчатый деревянный поддон как раз во избежание подобных неприятностей. Есть печальный опыт. Стойкий запах ГСМ от всего имущества ― не подарок, проклянешь все на свете, а с сидорами твоими духовитыми тебя ни в какой постоялый двор не пустят, хоть плачь. Да и не отстирать его.

Два постоялых двора и гостиница в Бродах были забиты постояльцами: из-за нападений бандитов люди задерживались здесь, сбиваясь в стаи. Я сунулся в один двор, второй, затем в гостиницу ― бесполезно. Хозяин отеля под интригующим названием «Гостиница», крепкий бородатый мужик лет пятидесяти, лишь разводил руками толщиной в доброе бревно и гудел в бороду, что «нет никакой технической возможности».

Спасла нас, естественно, Лари. Хозяин гостиницы, как и любое другое лицо мужского пола, не смог ей противостоять, «давление» я ощущал всем телом, и через пару минут она получила от него ключи от «баронской комнаты» ― самого просторного из номеров, всегда зарезервированного на случай неожиданного набега начальства из Твери. Хозяин даже бросился помогать нам с багажом. Правда, и содрал аж пять рублей золотом ― невероятные деньги по таким местам, сказочные просто.

― Автомастерская у вас открыта еще? ― спросил я хозяина гостиницы, притормозив того в дверях.

― Открыта, чего с ней сделается? ― удивился тот. ― Они до самой ночи открыты обыкновенно.

― Ага, спасибо.

Быстро сбросив в номере пыльник с карабином, я пообещал дамам встретить их в трактире, когда закончу возню с машиной. Увидел легкий проблеск уже привычной паники у Маши в глазах, которая поняла, что я ее снова оставляю один на один с демонессой, и вышел за дверь.

Мастерская была в самом дальнем конце центральной улицы и представляла собой огромный сарай с двумя воротами, с ремонтными ямами в нем и стоящим над одной из них грузовым «газоном» с высокобортным купеческим кузовом и на больших внедорожных колесах. С «газоном» возился чумазый подросток лет четырнадцати, меняя масло. Рядом с ним возле ямы лежали два переломанных листа рессор.

Один из владельцев мастерской братьев Бочаровых, Иван, худой, жилистый и очень сильный мужик, стоял за конторкой, чиркая карандашом в конторской книге. Второй из братьев, Петр, перебирал и протирал от масла инструмент за верстаком.

Я вошел в ворота, постучал по косяку. Иван поднял глаза от книги, обежал взглядом всего меня, задержавшись на большом револьвере и тяжелых ботинках, спросил с подозрением:

― Наемник, что ли? За бандой прибыл?

― Нет, не за бандой. Охотник я. Проездом здесь, ― пояснил я свой статус.

― А, ну хорошо, ― кивнул тот. ― А то как за этих «Ласок» награды объявили, так потянутся наемники. А от них проблем вечно больше, чем от бандитов.