Поход

Другое дело, что они время от времени людей из землеустроителей могут привлекать, поскольку те и есть главные землемеры… Я не специалист вообще-то, но думаю, что не мог землемер заниматься этим сам. Должен был или сопровождать кто-то, или приказ должен был поступить из Минбеза.

― Это у него в сопроводительных документах написано было. Выданных Департаментом контрразведки. И при нем два колдуна из контрразведки были.

В душе у меня заиграло нечто вроде свирели. Пусть еще тихой, но достаточно мелодичной. Что-то явно вырисовывается.

― Они как в форт приехали? ― спросил я. ― Землей? Водой? С охраной?

― Этого не знаю, ― отрезал комэск. ― Они должны были эти вопросы с комендатурой решать. Я с ними виделся, когда они приказ мне вручали. Приказ подлинный, замечу, все проверки прошел.

Вот это странно. Пока еще фальшивки никто делать не научился, а добраться до подлинных бланков таких приказов… очень сомнительно. А старый бланк повторно не используешь ― защита Беренсонов.

― А документы у вас остались? ― с надеждой спросил я.

― Остались в канцелярии. Мы за вылеты отчитываемся, между прочим. Бензин у нас казенный, равно как и моторесурс. Видели? ― показал он пальцем на дверь, в которую ушел зампотех. ― Такие беседы у нас каждый день, и не однажды.

Я с пониманием кивнул. Порошин же сказал:

― Но! Тут прошу быть внимательным. Если вы хотите посмотреть документы, то озаботьтесь направлением прямого распоряжения контрразведки моему командованию, а оно уж пусть озаботится распоряжением мне, письменным, о вашем допуске. В противном случае помочь вам не смогу, ибо нарушать правила не привык.

― А допуск к спецтелеграфу вы мне организовать можете? ― спросил я, в общем ожидавший такой отповеди. ― Это не против правил?

― Нет, это не против правил, ― ответил капитан. ― Идите в штаб эскадрильи, я туда позвоню. Дежурный унтер-офицер Резвунов вас отведет на гарнизонный узел связи. Это он, кстати, без моего приказа вас сведениями снабдил?

― Он не виноват, ― улыбнулась Лари и чуть-чуть «придавила». ― Это я на нем… немного магии применила. Не надо с него взыскивать.

― Барышня, для вас ― что угодно, ― вдруг сбился на галантность Порошин.

И на него «надавила». Нет, хорошо все же с Лари людей расспрашивать. Удобно. И эффективно. Мы попрощались покуда с комэском и направились обратно.

Унтер Резвунов теперь на гитаре не играл, а уже ждал нас, капитан ему все же сообщил, что мы придем. Вызвав вместо себя какого-то ефрейтора, он повел нас по территории форта в сторону комендатуры.

Что бросилось в глаза ― малолюдство. Даже в разгаре дня, когда все «в разгоне» вроде бы, в любой воинской части куда оживленней.