Поход

А это как могло случиться? Созерцающих запретили везде, и попадись такой на глаза патрулю ― уже на гауптвахте сидел бы и судью ждал. А завтра уже висел. Наверняка наверху, в кабинетах, переоделся. А значит, в кабинетах те, кто планирует заварухой командовать. Зря он переоделся заранее. Зря. Теперь мне и улик не надо ― достаточно на его амулет из круга с тремя направленными вниз остриями глянуть. Даже дети знают, что люди с таким амулетом вне закона.

Я гному прошептал:

― Который за мной.

― Понял, ― буркнул тот.

Дружинник продолжал сопеть мне в затылок, но смотрел сейчас не на меня. Наверняка сигнала ждал. А сигнала-то, пожалуй, и не будет. Откуда знаю? А вот откуда!

Я выхватил пистолет из подмышки, вытянул руку с ним над левым плечом гнома, наведя оружие в лицо чернорясному, и дважды нажал на спуск. И словно весь мир замер в моем мозгу. Я даже успел заметить полет по дуге двух блестящих гильз из облачка дыма, затыльник рукоятки дважды же увесисто толкнулся в ладонь. Пулям лететь было метров шесть, не больше, и они попали туда, куда я и ожидал ― в лицо Созерцающему, превратив его в красное облачко. А слева от моей головы со страшной скоростью пролетело что-то темное, и за спиной послышался треск ломающихся под могучим кулаком лицевых костей.

Я спиной почувствовал, что за мной больше никого не оказалось, шагнул чуть правее ― и на глазах остолбеневшего от такой неожиданности скопления головорезов всадил пулю в затылок кабатчику Пню, а затем еще две ― в лицо ошалевшему от неожиданности рыцарю. Все произошло так быстро, что тело едва начавшего падать Созерцающего не успело свалиться на барона в коричневом мундире, а тот уже умер.

И вдруг время как будто ускорилось, взорвавшись мельканием и суматохой вокруг нас.

― Наверх! ― заорал я и рванул вперед, к близкой лестнице, высадив веером оставшиеся три пули из магазина в ближайших к нам противников, оставив один патрон в патроннике, не глядя даже на результат.

Гном, уже выхвативший свой револьвер, рванулся за мной, попутно могучим ударом отправив собирать столы по залу еще кого-то, подвернувшегося под руку. А я перемахнул через стойку, присел за ней, выбросив пустой магазин из рукоятки и вбив на его место полный, с восемью увесистыми латунными патронами.

Рядом со мной с грохотом приземлился тяжеленный гном ― так, что доски пола содрогнулись, свалился набок, чуть не выронив револьвер. Бойцы они отличные, а вот гимнасты ― так себе. Бывают и получше ― вот я, например.

И сразу полки у нас за спиной взорвались брызгами бутылочного стекла вперемешку с алкоголем ― обратка пошла. Ударили со всех стволов. В переднюю стенку стойки как будто молотки забарабанили, затем полки обрушились.