Поход

"

"Нет, конечно, гномы живут дольше нас, для них и триста лет нормальный возраст, но все же… Те же мужики гномьи могут хоть молотом наковальню бить, чтобы, значит, энергия выходила, а девкам что остается? Их тут не слишком эксплуатируют, берегут, пока им тридцать лет и три года не стукнет. Но и сами не претендуют на них, пока не стукнут те самые «сорок и четыре». При этом гномские мужики все же свои дела решают в «служебных командировках». В том же Великореченске в дни торга молодых гномов из борделей не выгонишь без дубины. А почему? Потому что сказано в завете предков: «Деву нашего народа». А «не нашего» вполне даже можно, даже надо, наверное. А девки дома ждут. «Тридцати и трех» и «сорока и четырех». И ни один гном, ни под каким видом, как бы ни хотелось ему и как бы ни хотелось ей, завета предков не нарушит. Такой вот дурак.

Но есть в завете еще одна лазейка: «муж нашего народа». Именно. И если, скажем, муж будет народу «не ихнего», а, скажем, моего, то вроде и опять не грех. И любая гнома перед заветами чиста. На это Олли и намекает. И уже который раз.

― Олли, я обещаю обдумать ваше предложение, ― сказал я. ― А ты обдумай мое: пять за бочонок. Десять бочонков.

― Три, ― явно без обдумывания сказал Олли, потому что я его сразу поправил:

― Четыре. Торг закончен.

― Три с полтиной. Больше не дам.

― Три семьдесят пять.

― Беру.

Все верно, не зря же я с утра забегал в купеческие лабазы? Десять пятидесятилитровых бочонков пива загрузил в кузов. Обошлись они мне по два за бочонок. Семнадцать с половиной рублей золотом ― чистая прибыль.

― Где? ― спросил он, хлопнув толстыми ладонями по столешнице.

― В кузове, где же еще. Забирай. Таскать не буду, спина болит, ― соврал я.

― Ага, ври больше. Да грузчик из тебя, как из дерьма пуля, ― добавил гном и направился к моей однотонке с тележкой.

Пока я пил пиво, Олли перетаскал все бочки, после чего отсчитал мне тридцать семь рублей золотом, а к ним добавил эльфийский шелонг. Как раз полтина. Я сгреб все в кошель, засунул его себе в карман.

― Олли, с тобой приятно иметь дело, ― сказал я.

― Все равно в следующий раз больше чем по три пятьдесят за бочку не рассчитывай, ― ответил, можно сказать, грубостью Олли.

― Олли, я не подлизываюсь, я просто хвалю твои деловые качества.

– Вот когда ты мне будешь пиво продавать, почем сам купил, тогда и будут у меня достойные деловые качества. А пока я чувствую себя обобранным,[41] ― прикинулся сиротой гном. ― Кстати, Вара едет.

Он указал толстым пальцем мне за спину. Я обернулся. Ба, технический прогресс в действии: Вара ехала на электрокаре. Самом настоящем, с платформой сзади и двумя сиденьями впереди.

― Ух ты… Олли, откуда такие? ― указал я на приближающийся экипаж.

― Да кто-то из ваших идею подкинул с чертежами, ― ответил Олли.