Под британским флагом

— У меня топор с собой, могу открыть, — предложил кучер, которому, видимо, не терпелось узнать, что хранится за закрытыми дверями.

— Сам открою, — решил я, потому что появилась идея, как легализовать приплывшее со мной имущество. — Оставь топор и поезжай домой. Приедешь за мной перед обедом. Я хочу побыть здесь один.

— Как прикажите, мистер Генри, — сказал Уильям Доу, достав из-под сиденья топор с коротким топорищем.

Я взял топор и пошел в конюшню. Там было сухо, пахло сеном и навозом, хотя, как догадываюсь, лошадей здесь не было несколько лет. Стойл было четверо.

В дальнем валялись клепки от бочки, но обручи отсутствовали. Положил рядом с ними топор и постоял немного, ожидая, когда двуколка отъедет подальше. После чего по грунтовой дороге шириной в полторы каретные полосы, которую с двух сторон поджимали живые изгороди, пошел в сторону моря. Оказывается, ночью мне надо было пробежать всего метров сто вперед и повернуть на эту дорогу, а не ломиться по вспаханному полю.

Спасательный жилет и оружие лежали там, где я их оставил. Отсырели немного, но это не страшно. Зато лодка отсутствовала.

Пропала и вколоченная в землю палка, к которой привязал ее. Может быть, сорвало приливом и унесло в море при отливе, а может быть, кто-то из фермеров стал немного богаче. Меня это не сильно огорчило. Объяснить владение лодкой было бы труднее всего. Я собирался сказать, что обнаружил ее только сегодня, прогуливаясь вдоль берега моря. С остальными вещами, опять прорвавшись через живую изгородь, чтобы было меньше шансов попасть на глаза кому-нибудь, кто будет ехать по дороге, вернулся к конюшне.

Скобы для замков сделали добротно и вколотили основательно.

Я с трудом сшиб оба замка. В ближней к дому кладовой стоял деревянный ларь, в котором на самом дне сохранились несколько пшеничных или ячменных зерен, и две пустые бочки емкостью литров двести. Одна бочка была прикрыта крышкой, а у второй, открытой, отверстие было затянуто паутиной. Во второй кладовой лежали доски и брусья, покрытые пылью. Сложили их здесь лет десять назад, если не больше. Я вернулся в ближнюю к дому и положил в ларь спасательный жилет и оружие, чтобы испачкались пылью. Когда приедет Уильям Доу, скажу, что это все привезено мной с Ямайки, что обнаружил их в ларе, а вот когда и почему положил туда — не помню. В голове вертится смутное воспоминание, что отцу эти вещи не нравились, а почему — опять не помню. У игры «Тут помню, а тут не помню» замечательное преимущество: сам выбираешь, что налево, что направо, а что сроду здесь не стояло.

4"

"Мы сидим с мистером Джеймсом Тетерингтоном в его кабинете на первом этаже. В камине горят березовые дрова, наполняя комнату специфичным ароматом.