Преодолевая сопротивление (СИ)

Новость о скором пополнении в семье Нагорных произвела на меня большее впечатление, чем та, что в бюро прямо у меня под носом самовольства творятся. Не то, чтобы я был против детей, просто – не в восторге, но это не существенно на фоне главного - Яре рано пока что. До конца она не восстановилась после катастрофы. Едва ли не переругавшись с Русланом, решил свалить побыстрее к себе в номер, чтобы лишнего не сказать, вернее того, что о нём думаю.

Эти вспышки не контролируемы. Абсолютно. Никак. Только приняв их, я смог с ними справляться, направляя энергию высвобождающуюся в иное русло.

В работу. В юности же о принятии себя речи не шло. Только выходя на ринг или рейдж я чувствовал себя дома. Там агрессия как раз таки уместной была.

Мысль о Юле придает сил. Как-то слишком быстро всё изменилось. Тяжело терять свою независимость. Отношения, в которых право принятия решений есть только у тебя. Когда подстраиваются под тебя, а не ты… Великолепно. Но загадка под названием – Юля меня так и манит. Ещё никогда я не был так близок к тому, чтобы распрощаться со своею свободой.

Приподнимаю руку и провожу магнитной картой по замку, дверь в номер открывая.

Свет не включен. Окно зашторено. Но сквозь плотную ткань всё равно рассеянные лучи солнца в комнату попадают. Юлю замечаю не сразу. Она сидит в кресле, смотрит в одну точку, не двигаясь, и кажется даже не дышит. Реакции на моё появление – ноль.

Где бы сил взять на её загоны.

- Юля, - негромко зову. Щелкаю выключателем.

Её передергивает, тут же голову поворачивает и смотрит на меня. Встречаюсь с ней взглядом, и моё раздражение тает в секунду. То, что я вижу в синих глазах напротив меня не на шутку пугает. Печаль, сожаление, острая боль.

Затем она зажмуривается, голову опускает.

Впервые вижу, как Юля теряет власть над собой. Всегда она собрана

- Извини, я задумалась, - произносит, откидываясь на спинку кресла. – Думала, ты попозже вернешься. Ты поговорил с женщиной? Сможете помочь её семье? – её голос подрагивает, будто она готова расплакаться, но сдерживается изо всех сил.

Подхожу ближе, сажусь на корточки перед ней. Накрываю своей ладонью её, сомкнутую в кулачек, и как всегда холодную. Подушечкой большого пальца глажу костяшки. Просовываю большой палец в её кулак и обхватываю пальцы задеревеневшие.

Юля руку не вырывает, уже хорошо.

- Что случилось, Юль, пока меня не было? – спрашиваю приглушенным голосом, не хочется давить, когда она в пришибленном состоянии.

Юля из стороны головой качает, плотно губы сжимая. Несколько секунд тишина нас поглощает.

- С Ярой что-то не поделили? – вполне вероятно. Они очень похожи, стал понимать это только недавно. Не самые общительные барышни. Как известно, мы редко поощряем присущие нам самим черты в других людях.

- Нет, она хорошая.