Пикантная ошибка

Может, Найла, как городская, привыкла к такому вниманию и тешит себя иллюзиями, а мне давно известно, что с простыми девушками такие только балуются.

Когда на ярмарку приезжаешь, многие городские франты не прочь вскружить голову какой-нибудь простушке, а потом у девушки пузо на нос лезет, а мужчина словно и не при делах.

У нас в Васильках так Агнешка едва не утопилась, когда ее городской кавалер бросил. Пироги продавал на ярмарке, помогая отцу-булочнику, и ее заприметил. Не знаю, когда они сладить между собой успели, да только Агнешка понесла. Крику было!.. Кинулись в город к охальнику, а тот в отказ. Не знаю, говорит, кому она еще, кроме меня, поцелуи свои дарила. Я у нее не первый был.

Девичья честь, она такая, потеряешь – не вернешь. Как докажешь, что именно он первый и единственный, когда доброе имя потеряла? Мужчины сладко поют, но почему-то считают, что если одному легко уступила, то и со всеми так безрассудна. На девушку позорное клеймо вешают.

Да только знали у нас все, что никого у Агнешки, кроме этого негодяя, не было. Ничего, ее из омута вытащили, к дальней родне отправили, а там она замуж за вдовца с детьми вышла, он ее с ребенком принял. И хорошо живут, говорят, ладно. А булочнику тому лавку дегтем наши парни в каждый приезд мазать стали, а сынка его грязью да навозом забрасывать, и от них люди шарахаться начали и товар покупать брезговали. Не заладилось у них дело, пришлось лавку за копейки продать и уехать.

Так что не собиралась я на всяких красавчиков и боевых магов засматриваться. У меня дела и поважнее есть. Например, поесть.

– Найла, идем! – Я потянула ее за собой, так как она продолжала стоять и улыбаться Эрику. Хорошо хоть, Сибилла обладала большим здравомыслием и все время нашего разговора скромно молчала.

– Ты хоть знаешь, кто это такой? – восторженно зашептала Найла, стоило нам немного отойти.

– Он же представился – Эрик. Маг, – с недоумением произнесла я.

– Да это же сам наследник Косе-Брионов! Старинный аристократический род, древнее, чем у нашего императора, – с придыханием сообщила Найла.

– Ну и что?

– Ничего ты не понимаешь… – махнула рукой Найла, признавая меня безнадежной.

Но как по мне, хоть сын самого императора. Где он, а где мы. В подтверждение нам донеслось в спину рассерженным, капризным голоском:

– Эрик, с каких пор ты обращаешь внимание на деревенских простушек? Да здесь от них до сих пор аромат навоза витает! Пойдем скорее отсюда, а то весь аппетит пропал.

Похоже, его пассия до него уже добралась.

«Вот дался им этот навоз!» – разозлилась я и не удержалась.

– Да что б он к тебе только и лип! – от всей души пожелала ей. Шепотом, конечно, себе под нос.