Придворный Медик

Потому что сами не способны полноценно отдаваться своим чувствам, как другие люди.

— То есть вы признаётесь в том, что уже дважды устраивали на меня покушения? — спросил я.

— Покушения? — усмехнулся он. — Глупости, Павел Андреевич. Я никогда бы даже помыслить не мог о таком. Смерти я вам не желаю.

— Да ну? — покачал головой я. — Смесь алкоголя и транквилизатора — очень даже смертельное «зелье». Да и с кофе такой препарат плохо сочетается. Я мог умереть в обоих случаях.

— Не могли, — улыбнулся он. — Ведь рядом был я!

Чёрт меня раздери… А вот теперь я уже начинаю подозревать, что кроме психопатии у господина Биркина имеется ещё целый букет психических заболеваний. Даже какие-то намёки на манию проскальзывают.

— Допустим, вы не желаете мне смерти, — терпеливо продолжил беседу я. — Тогда объясните, с какой целью вы всё это вытворяете?

— Раз уж мы с вами разоткровенничались, я готов рассказать вам правду. Только для начала уточню — к пострадавшему пациенту я не имею никакого отношения. Обычное совпадение — не более. Это преступление вы на меня не повесите. Я посетил стационар исключительно из-за вашей персоны, — продолжил он. — Всё дело в том, что у вас есть кое-что, что меня очень-очень интересует.

Кажется, будто он и в самом деле начал говорить правду. Но при этом ведёт он себя абсолютно спокойно. Не боится, что я раскрою его преступления. Не жалеет, что его план полностью провалился. Похоже, сейчас мы оба импровизируем.

Думаю, он уже признал своё поражение. Но решил не останавливаться на этом и придумал новый план. Дальше стоит действовать аккуратно. Этого человека не так-то просто лишить равновесия.

— Не могу представить, что из моего имущества могло вас заинтересовать, — произнёс я. — У меня вообще ничего нет. Я даже первую зарплату не успел получить!

— А кто говорит при имущество? — пригладив редкие волосы, произнёс он. А затем опустил взгляд на мой воротник. — Меня интересует ваш шрам, господин Булгаков. Длинный-длинный шрам на вашей шее.

Теперь я отчётливо вижу всю общую картину. Он ведь уже пытался увидеть мой шрам, но в прошлый раз у него ничего не получилось. Выходит, и усыпить меня он хотел только для того, чтобы взглянуть на рубец, пересекающий мою шею? Звучит как полный бред. Зачем ему это? Если бы его наняли те, кто убил мою семью, знания моего имени было бы достаточно, чтобы приступить к делу и покончить со мной.

Какой смысл искать этот шрам? Такой мотив звучит абсурдно. Для обычного человека, а не психически неуравновешенного Биркина.

— Не совсем понимаю, о чём вы, господин Биркин, — произнёс я и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Аристарх Иванович аж задрожал, когда я показал ему область гортани.

— Как видите, здесь ничего нет. Сзади и по бокам тоже, — подметил я. — Могу показать.