Разрушительная любовь

 – Не думаю, что он…

Навредит мне физически? Но он уже так делал. По крайней мере, пытался.

В тот день, когда столкнул меня в озеро, и в тот день, когда меня душил. И возможно, я еще чего-то не помню.

Я мысленно прокрутила в голове прошлые годы, пытаясь вспомнить что-нибудь еще. Я думала, он был неплохим отцом, когда я была подростком. Не слишком вовлеченным и ласковым, но убить меня он не пытался, и сразу возникал вопрос: почему? Возможностей была масса, и он мог представить мою смерть как случайность.

Но этот вопрос тускнел по сравнению с самым главным – почему он вообще хотел меня убить. Я его дочь.

Из груди вырвался всхлип. Алекс сжал мою руку, резко нахмурив брови, но я покачала головой.

– Я в порядке, – заверила я, изо всех сил пытаясь собраться. Я не сломаюсь. Не сломаюсь. Даже если сердце готово разорваться на части от боли. – Я…

Дверь открылась, и я осеклась.

Мой отец – Майкл; я больше не могла думать о нем как о своем отце – зашел в комнату, растерянный и немного раздраженный. На нем опять было любимое полосатое поло и джинсы и то чертово кольцо-печатка.

Я сглотнула желчь. Рядом со мной напрягся Алекс, излучая темные, опасные волны ярости.

– Что происходит? – нахмурился Майкл. – Ава? Зачем ты меня позвала?

– Мистер Чен, – голос Алекса казался вполне нормальным, и только те, кто его знал, могли заметить в его словах смертельное оружие, готовое нанести удар. – Пожалуйста, садитесь, – он показал на кожаное кресло на другой стороне стола.

Майкл сел, его раздражение заметно росло.

– У меня работа, а ты заставила меня ехать в Вашингтон якобы из-за экстренной ситуации.

– Я прислал машину, – сказал Алекс, по-прежнему относительно приятным тоном.

– Какая разница, чья машина, времени уходит столько же, – взгляд Майкла блуждал между Алексом и мной и остановился на мне. – Только не говори, что ты беременна.

Значит, на День благодарения он точно догадался о наших с Алексом отношениях. Впрочем, это меня больше не беспокоило.

– Нет, – я повысила голос из-за бьющегося в ушах пульса. – Не беременна.

– Тогда что такое?

– Я… – Я запнулась. Алекс снова сжал мою руку. – Я…

Я не могла произнести вслух. Не при других людях.

Алекс уже все знал, но тема нашего с Майклом разговора казалась слишком личной для обсуждения в чужом присутствии. Это между нами. Отцом и дочерью.

Перед глазами заплясали цветные всполохи. Я так сильно впилась ногтями в бедро, что, если бы не джинсы, пошла бы кровь.

– Алекс, ты не мог бы оставить нас наедине?

Он резко повернулся ко мне с грозным видом.

Прошу, умолял мой взгляд. Я должна сделать это сама.