Разрушительная любовь

И я планировал это сделать.

Но стоило ли оно того?

– Хорошо. А то я подумал, ты размяк, – Иван со вздохом посмотрел на фотографию в рамке, стоявшую у него на столе. Он и мой отец, совсем молодые. Только переехали в США, оба в дешевых костюмах и одинаковых шляпах. Но если дядя выглядел суровым и серьезным, то глаза моего отца светились, словно он открыл великую тайну, о которой больше никто не знал. От увиденного у меня сжалось горло. – Никогда не забывай, что случилось с твоими родителями и бедной малышкой Ниной. Они заслуживают всей справедливости мира.

Словно я когда-нибудь смогу забыть. Даже если бы у меня не было гипертимезии, эта сцена осталась бы в моей памяти навсегда.

– Не жульничать! – крикнул я через плечо по дороге в ванную. За утро я выпил два яблочных сока, и казалось, вот-вот лопну. – Я узнаю.

– Ты все равно проигрываешь! – закричала в ответ моя младшая сестренка Нина, вызвав смешки родителей.

Я показал ей язык и захлопнул за собой дверь. Меня раздражало, что я никогда не мог победить Нину в детский Скраббл, хотя она была на два года младше меня, а я, по словам родителей и учителей, обладал IQ гения. Она всегда отлично управлялась со словами. Мама говорила: возможно, она станет писательницей.

Я сходил в туалет и вымыл руки.

Тем летом меня отправили в специальный лагерь для одаренных детей, но лагерь казался мне жутко скучным. Все задания были слишком простыми. Единственное, что мне нравилось, – шахматы, но в них можно играть где угодно. Я пожаловался родителям, и вчера они приехали за мной и забрали домой.

Я вытирал руки, когда вдалеке раздался громкий хлопок, а потом крики.

Я побежал в гостиную и увидел, что родители ведут Нину к потайному ходу за камином. Я очень любил за это наш дом – он был полон потайных проходов и секретных местечек. Мы с Ниной провели бесчисленные часы, исследуя каждый укромный уголок, – игры в прятки становились куда увлекательнее.

– Алекс, сюда. Скорее! – Мамино лицо исказилось от паники. Она схватила меня за руку сильнее, чем когда-либо прежде, и толкнула в темноту.

– Что происходит? Кто здесь?

Сердце забилось в бешеном ритме. Я слышал странные голоса, и они приближались."

"Нина съежилась в тоннеле, прижимая к груди любимого кота Пятнистика. Мы однажды наткнулись на него во время семейного пикника в парке, и Нина так плакала и умоляла, что родители позволили ей оставить его себе в качестве домашнего питомца.

– Все будет хорошо, – у папы в руке был пистолет. Он всегда держал его дома, но я никогда не видел, чтобы он им пользовался. От блеска черного металла под светом ламп в моих жилах похолодела кровь. – Сидите там с сестрой и матерью и не издавайте ни звука.