Разрушительная любовь

Я думала, ты ничего не боишься, а ты боишься признаться ей в своих истинных чувствах…

– Потому что без меня ей будет лучше, ясно? – Я взорвался. Эмоции, сдерживаемые несколько месяцев, вырвались наружу огромной обжигающей волной.

Рис подался вперед, но Бриджит остановила его движением руки, зачарованно глядя на меня голубыми глазами. И я вполне мог ее понять. Раньше я не взрывался перед другими людьми. Никогда. Странным образом я почувствовал облегчение.

– Я не смог ее защитить. Она пострадала из-за меня. Дядя похитил ее из-за меня. И я не смог его остановить. – Я стиснул зубы, пытаясь успокоить бушующий пульс.

Пять месяцев спустя я по-прежнему просыпался по ночам в страхе, что Ава попала в беду. Представляя все ужасы, которые могли с ней произойти, если бы события в кабинете у дяди развернулись иначе. И именно поэтому я нанял частного детектива-телохранителя: приглядывая за Авой самостоятельно, я бы подверг ее еще большей опасности, но я не собирался оставлять ее без защиты.

Разумеется, мне следовало уволить парня за неумение держать язык за зубами, но это Вашингтон. Бывшие военные и сотрудники секретных служб здесь на каждом шагу.

Лицо Бриджит смягчилось:

– Ты спас ей жизнь.

– Если бы не я, она бы вообще не попала в такую ситуацию, – с горечью сказал я. – Всем моим близким грозит опасность, и из-за этого, – я обвел рукой свой просторный кабинет, – я не могу гарантировать их безопасность.

Я раздраженно запустил пальцы в волосы, радуясь, что мой кабинет защищен звукоизоляцией и затемненными стеклами. Персоналу точно не стоило видеть, как я выхожу из себя.

– Ничего в жизни нельзя гарантировать, но ты – Алекс Волков. Дядя застал тебя врасплох, поскольку был твоим дядей, но теперь, когда он вышел из игры, неужели ты думаешь, что кто-то осмелится встать на твоем пути? – Бриджит покачала головой. – Если да, то, наверное, тебе действительно стоит держаться от Авы подальше. Как я уже сказала, мне отвратительны твои поступки, но я верю, что ты ее любишь, – даже если ты слишком упрям или глуп, чтобы это признать…

– У меня IQ 160, – оскорбленно парировал я.

– Умственный интеллект не равен эмоциональному, – возразила она. – И не перебивай принцессу. Это грубое нарушение этикета. Как я сказала, ты слишком упрям или глуп, чтобы это признать, а теперь уже слишком поздно…

Я помолчал, осознавая услышанное. Где-то внутри зашевелился ужас.

– Объясни.

Бриджит с Рисом переглянулись, и она осторожно сказала:

– Ава уезжает в Лондон. Она поменяла место обучения. Ее самолет улетает через… – она посмотрела на часы, – час.

Лондон. Другой город, другая страна, другой континент. Она окажется за тысячи километров от меня.

Черт. Подери.

Ужас превратился в полномасштабную панику.

– Какой рейс? – прорычал я.