Разрушительная любовь

Бриджит занималась волонтерством в приюте достаточно долго, чтобы персонал не обращал никакого внимания на принцессу, и по запросу королевской семьи мы всегда были единственными волонтерами в дни ее посещений. – Принцессе не пристало говорить слово «член».

Особенно голосом Бриджит, аристократическим и с легким акцентом, который подходил для обсуждения светских событий и бриллиантов Гарри Уинстона[3], а не мужских гениталий.

– Я говорила слова и похуже.

Как человек, друживший с ней почти четыре года, я могла подтвердить. Но звучало все равно как-то неправильно.

– Ну? – допытывалась она. – Как на ощупь?

– Не понимаю, какого ответа ты ждешь. Пенис как пенис.

Большой, твердый… нет. Хватит.

Не сейчас. Никогда.

Мы с Бриджит чистили и обрабатывали клетки в «Вэгс энд Уискерс», приюте для домашних животных рядом с кампусом. Она очень любила животных и ходила сюда с первого года. Я составляла ей компанию, когда было время, как и Стелла. У Джулс была аллергия на кошек. Но Бриджит относилась к приюту очень трепетно. Она приходила дважды в неделю без перебоев, к ужасу Бута.

Я сдержала улыбку, посмотрев на коренастого рыжеволосого телохранителя, с подозрением разглядывающего попугая. В «Вэгс энд Уискерс» принимали всех животных, не только собак и кошек, и здесь было небольшое, но хорошее отделение для птиц.

Бут птиц не боялся, но недолюбливал; он говорил, они напоминают ему гигантских летающих крыс.

– Хмм, – похоже, мой скучный ответ разочаровал Бриджит. – И он совсем не расстроился из-за фильмов? Вообще?

– Ага, – я собрала газеты из клетки, смяла и выкинула в мусорку. – Правда, я вырубилась до конца «Марли и я», но сомневаюсь, что он расплакался или вроде того. Мне казалось, он все время скучал.

– Но продолжал смотреть оба фильма, – Бриджит подняла идеальную светлую бровь. – Любопытно.

– У него не было выбора. Я уже пришла.

– Да ладно. Мы говорим об Алексе Волкове. При желании он способен вышвырнуть человека из дома за полсекунды.

И правда.

Я нахмурилась, задумавшись над ее словами.

– Он добрее со мной, потому что я сестра Джоша.

– Верно, – мягко рассмеялась Бриджит. – Какая фаза у нас следующая?

Дурацкая операция «Эмоции». Портила мне всю жизнь.

– «Отвращение».

Я не представляла, что сделать, но эта фаза казалась мне проще. Мне казалось, многие вещи вызывают у Алекса отвращение.

– Я бы много заплатила, чтобы это увидеть. – Бриджит бросила на Бута смеющийся взгляд. – Ты в порядке, Бут?

– Да, ваше высочество.

Он скривился, когда попугай крикнул:

– Ооо, да! Отшлепайте меня, хозяин!

– Я не твой хозяин, – ответил он птице.

Попугай приподнялся и возмущенно взъерошил перья.

Мы с Бриджит расхохотались. Очевидно, предыдущий хозяин попугая был весьма сексуально активен… и развратен.